К тебе через Туманы
Юная послушница храма смерти Ниори давно позабыла, что такое любовь и тепло близких. В её жизни был лишь плен и годы лишений.Вардиган Итан Бессон - жестокий правитель северных земель. Его интересует лишь власть. А любовь… Когда-то давно ведунья древнего племени предрекла, что не найдёт он свою избранную, хоть трижды обойдёт этот мир. И он смирился…Но одна случайная встреча, единственный взгляд меняет судьбу этих двоих.
Была у меня и подробная карта тогда существовавшего мира. Все это я украла и надежно спрятала под полом в прогнивших досках. Никто ничего не хватился. Весь архив вывезли на следующий день. Гуроны спешили и не проверяли, все ли там на месте.
Меня вывели к яме одной из последних. Вождь сомневался, стоит ли уничтожать и меня, но тащить за собой слабую послушницу все же не стал. Подведя меня ко рву заполненному доверху телами, он воткнул сзади острый клинок. Огонь боли пронзил все тело. Я чувствовала каждое движения острия лезвия внутри себя. Ощутила короткий полет и шлепок приземления.
Умерла и я."
"Вздрогнув, я словно вынырнула из собственных воспоминаний. Рядом привалившись ко мне спиной, лежал волк. До меня доносилось его тяжелое, но ровное дыхание. Сколько уже он вот так тащит меня. И знать бы еще куда. Мысленно заставляла себя открыть глаза, но тело не слушалось.
Мы спешили.
Я отчетливо понимала это. Мое тело сдавалось, но разум и маленький зеленый огонек оказывали яростное сопротивление. Хватаясь за нити утекающей жизни. Теперь даже моя тьма была с ними заодно. Ее нити окутывали конечности, не давая им окончательно замерзнуть. Счет шел на часы, а может и на минуты. И я, и волк понимали это. Зверь не сдавался. Одного я не понимала, что ему до меня. Почему не оставит, не бросит. Что этому лесному созданию до умирающей худой девчонки. Но волк упорно рвался вперед. Приоткрыв глаза, я увидела выскочившего к нему на встречу огромного черного Харама с перевязанным боком.
Варды. Волк приволок меня к вардигану и его брату вард Саю.
В серых суровых глазах моего нежеланного избранного читалось крайнее беспокойство и безграничная тревога. Он нервно покусывал нижнюю губу. Взгляд его буквально прожигал брата склонившегося надо мной. Бесшумной тенью к вард Итану шагнул мой спаситель.

















