Кабинет диковин

– Энох Ленг, – сказал он наконец, не отрывая глаз от раны, – хотел исцелить человечество. Доктор желал его спасти.

На миг Норе показалось, что она ослышалась.

– Спасти человечество? Но он же убивал людей. От его рук погибли десятки человек.

– Верно, – согласился Пендергаст.

Нора снова услышала потрескивание электрического разряда.

– Спасти каким образом? – спросила она.

– Уничтожив его.

Девушка недоуменно уставилась на Пендергаста."

"– Да, именно в этом состоял великий проект Ленга. Он хотел очистить землю от людей; спасти человечество от самого себя ввиду его полной бесполезности. Доктор Ленг искал абсолютный яд – отсюда этот бесконечный ряд комнат, заполненных химикатами, растениями, ядовитыми насекомыми и рептилиями. У меня и до этого была масса косвенных, указывающих на это признаков. В качестве примера можно вспомнить о ядовитом материале, обнаруженном на фрагментах стекла, найденных вами в старой лаборатории Ленга. Или надпись на древнегреческом языке по окружности герба. Вы обратили на нее внимание?

Нора тупо кивнула в ответ.

– Это последние слова Сократа, перед тем как принять яд. В переводе это означает: «Крито, я должен Асклепию петуха, не забудь вернуть ему мой долг». Да, я должен был все понять значительно раньше. – Он прижег очередную точку и продолжил: – Но к полному пониманию я пришел, лишь увидев комнату с оружием. Только после этого мне удалось все связать воедино. Только тогда я осознал грандиозность его замысла. Поскольку одного абсолютного яда для реализации плана было недостаточно, Ленг работал и над созданием системы доставки. Он искал способ распространить яд по всему земному шару. После этого все самые нелепые и необъяснимые коллекции Ленга – одежды, оружия, перелетных птиц, переносимых ветром спор и все другое в том же роде – обрели для меня смысл. Эти предметы были отравлены им самим. Он экспериментировал с разными видами ядов.

– Боже, – вздохнула Нора, – какой безумный план!

– И в то же время весьма амбициозный. Ленг понял, что на его реализацию одной человеческой жизни недостаточно. Поэтому он разработал метод продления жизни.

Пендергаст отложил коагулятор в сторону и продолжил:

– Я не вижу здесь никаких материалов, позволяющих закрыть рану. Видимо, Фэрхейвен ни в чем подобном не нуждался. Если вы передадите мне вон ту марлю и медицинскую ленту, я заклею рану до лучших времен. Или, вернее, до того момента, когда ею займутся специалисты. Мне снова требуется ваша помощь.

– Удалось ли Ленгу создать абсолютный яд? – спросила она.

– Нет. Судя по состоянию лаборатории, он прекратил работу примерно в тысяча девятьсот пятидесятом году.

– Но почему?

– Этого я не знаю, – сказал Пендергаст, накладывая марлю на выходное отверстие раны.