Как Лыков не стал генералом

Он в Москве пять годов назад такого шухеру навел…

– Амфилохий? – мгновенно среагировал коллежский асессор. – А фамилия тебе Покаместов?

– Ну… – растерялся тот.

– Ты из команды Сеньки Валоха, я слышал о тебе от Федора Погодина. Вы еще вместе ломали кассу артиллерийской лаборатории.

Сыщик назвал фамилии питерских уголовных среднего калибра, не из заправил, но и не из пехоты. Оба сейчас сидели, и проверить их слова фартовым было бы трудно. Но уловка удалась. Бандит смягчился:

– Ладно, коли так. Погодин – парень справный, давний мой товарищ.

И обратился к поручику:

– Деньги принес, твое благородие?

Корейша покоробила эта фамильярность, и он резко ответил:

– Не тычь мне, смерд!

Бандит хотел ответить так же грубо, но Лыков положил ему тяжелую руку на плечо и слегка надавил. Тот охнул и зашатался.

– Амфилохий, давай делом займемся. А хамить не смей! В бараний рог согну, и долго будешь разгибаться. Господин поручик, кладите деньги на стол, они их пересчитают.

Дальше дело пошло без скандалов. Корейш передал всю сумму посреднику, тот проверил – вдруг «кукла»?[27]

– Все верно. Шарап, уходим.

Фартовый со своим охранником удалились, сыщик выдохнул и кликнул полового. Он заказал две порции битков, холодной севрюжины с хреном и водки. Угостился сам, угостил и Корейша.

– Милий Милиевич, выпьем да и пойдем. Вас сегодня вечером отправят в Петербург под моим конвоем. Я доложу директору Департамента полиции, что вы помогаете выйти на след убийц. Попробуем скостить срок.

– А что мне причитается? – напряженным голосом спросил поручик.

– Это решать военно-окружному суду. Мой вам совет: не говорите никому про оплеуху от великого князя. Так вы просто поругались с ним из-за женщины и с обиды выстрелили в нее. Судьи посочувствуют. А если узнают, что вы, извините, получили по физиономии…"

"– То как люди военные поймут еще быстрее! Особенно временные члены из полков. И на князя ляжет позорное пятно!

– Никакого пятна на него не ляжет, зря обольщаетесь. Он двоюродный брат государя, генерал, командир гвардейского полка. Разница между вами колоссальная. А вы… вы просто станете человеком, которого били по лицу и который на это не ответил. Понимаете?

– Как же я мог ответить? – завелся Корейш. – Если разница, как вы сами сказали, колоссальная…

– Никто не станет вдаваться в подробности. Ударили? Да. Ответил? Нет. Из полка вам так и так уходить – или в тюрьму, или, если судьи сжалятся, то в ссылку. И уходить побитым значит замарать весь полк. Зачем вам это? А так никто и не узнает.

– Но вы же понимаете, Алексей Николаевич, вы же все понимаете! Именно эта оплеуха и заставила меня потерять голову. И совершить преступление.

– Понимаю, Милий Милиевич, и даже сочувствую.