Как Лыков не стал генералом

Путилин покосился на Шереметевского:

– Леонид Алексеевич, кто у нас носит красные фуражки?

Тот переменился в лице:

– Как выглядел генерал? Высокого росту, с бородой, лет около тридцати с небольшим?

Пришел черед меняться в лице самому Путилину:

– Разве бывают тридцатилетние генералы?

– Бывают, Иван Дмитрич. О-хо-хо… Намекаю: красные фуражки носят царскосельские лейб-гусары.

– И шо? – с малоросским акцентом спросил действительный статский советник."

"– Это был великий князь Николай Николаевич Младший, командир лейб-гвардии Гусарского полка.

– Шо? Ах, чтоб тебя!.. Леонид, ты за каким чертом полез в Волчью канаву? Понимаешь, что сейчас начнется?

Шевалдышев растерянно переводил взгляд с чиновника для поручений на начальника и ничего не мог понять. Путилин кивнул ему:

– Ступай. И никому ни слова, понял?

– Так точно.

В кабинете начальника ПСП[5] состоялось срочное совещание. Присутствовали: хозяин кабинета, его помощник коллежский советник Виноградов и Шереметевский.

Чиновник скупо сообщил все имеющиеся факты и добавил:

– Труп совсем свежий, бабу убили не позднее вчерашней ночи.

– И надо было тебе… – опять сорвался Путилин, но сам себя одернул: – Чего теперь… Как быть, господа? Мало нам хлопот с простым князем?

Сыскная полиция раскручивала дело о мужеложестве князя Мещерского, друга государя. К дознанию привлекли уже более двухсот человек, включая актеров Александринского театра Варламова, Давыдова и многих других. В секретном сообществе бугров[6] состояли десятки офицеров гвардии во главе с самим великим князем Сергеем Александровичем, братом государя. Зрел огромный и дурно пахнущий скандал. Состарившегося и больного Путилина, все больше отходившего от реальной службы, донимали из высших сфер. Каждый день его оттуда дергали, требовали прикрыть дело и не копать слишком глубоко. Мещерского при этом обещали выслать из столицы, однако ненадолго, поскольку царь-батюшка без него скучает… А тут происшествие еще хлеще.

Виноградов начал рассудительно:

– Погодим пока выпрыгивать из порток. Ну, августейший мышиный жеребчик был в номерах с дамой. Три дня назад, напомню. Потом ее закопали. Какая же здесь связь? Скорее всего, никакой. Где Их Высочество и где номера Донато? Следует негласно навести справки.

Путилин немного успокоился и обратился к Шереметевскому:

– У нас там есть кто-то?

– Коридорный второго этажа, фамилия ему Компорези.

– У нас уже и коридорные в шалавных номерах итальянцы?

– Там особые номера, – пояснил титулярный советник. – Секретный бордель для высокопоставленных особ. Потому и расположен в глухом углу, чтобы никто не видел. Как только Шевалдышев разглядел ту парочку? Молодец, беру его на заметку.