Как не сдохнуть в любовном романе

— Командир, — выпрямился по струнке мой спаситель и отдал честь.

— Вольно, капитан Далкейт, доложите обстановку. Начните с того, что здесь делает моя дочь, — легла на мое плечо крупная ладонь, пока я продолжала притворяться кустиком с нелепой надеждой, что меня не заметят. Заметили. Пальцы на моем плече напряглись, давая понять, что дома ждет взбучка.

Блин…

Капитан, кажется, сам слегка ошалел от заявления маркиза, и посмотрел на меня уже иным взглядом, но покорно отчитался. И с каждом словом ладонь на моем плече становилась все тяжелее и тяжелее.

«Далкейт… Далкейт» — не выходила у меня из мыслей эта фамилия, пока все внезапно не сложилось в единую картину: целительский дар, талант фехтовальщика, внешнее сходство с кронпринцем, а так же то, что его не пугал статус дворян, помимо короля.

— Да, бл**ь, — выругалась я с мукой, осознав, что передо мной никто иной, как сын герцога Далкейта — Бастиан Далкейт, племянник самого короля, а так же тот, кто в оригинальной истории отведет Иванну на плаху! — Может, легче стать пиратом? — подумала я, как оказалось, вслух, решив, что благородное пиратство посреди морей, как минимум защитят меня от маркиза.

— Не поможет, я знаком и с морскими путями, — точно прочел мои мысли, негромко заявил Норман Варенн.

Глава 5

Вопреки моим самым страшным фантазиям, дома меня не пытали, не били, под домашний арест не сажали (на что я, вообще-то, втайне надеялась), даже завтрака не лишили. Вместо этого, в качестве наказания, уже на следующее утро мне дали пинок под зад в направлении магической академии.

М-да, придумать наказание хуже Норман придумать просто не мог… Обидненько.

Тем более, что я, можно сказать, герой, что способствовал поимке опасного преступника, на которого охотились всей столицей. Однако, Нормана такая весть не только не обрадовала, но лишь усугубило его мнение о моих умственных способностях.

Собственно, он меня едва ли не прямо самонадеянной и отчаянной дурой и назвал:"

"— Правильно я понимаю, что ты ослушалась моего приказа, рисковала своей репутацией и жизнью, лишь для того, чтобы полюбоваться предрассветным парком во время пробежки, на которые прежде тебе было наплевать, буквально через несколько дней, как оправилась от последнего покушения? — сцепив пальцы в замок перед своим лицом, очень спокойно спросил у меня отец, прожигая меня взглядом, пока я обливалась седьмым потом. — Отвага всегда была в нашем роду, но для начала было бы неплохо избавиться от слабоумия, — поучал отец свое чадо, которое лишь по счастливой случайности коньки не отбросила. И это он еще мужественно сдерживается. Кремень!

После того, как я искренне извинилась, отец терпеливо вздохнул, а после молча протянул ко мне руку, на которую я уставилась с недоумением.