Как не сдохнуть в любовном романе

Сломав печать, он прочел всего одну фразу, написанную знакомым почерком, от которой залился сумасшедшим смехом: «Сделай, как она говорит».

* * *Знакомство с новой группой прошло даже слишком быстро. Стоило им услышать мое имя, представленное преподавателем, как ко мне потеряли весь интерес и вернулись к своим делам. Не сказать, что меня это не удивило, но все же так лучше, нежели бы мне сверлили затылок любопытствующими взглядами."

"Уже после я поняла, в чем была причина безразличия будущих артефакторов: срок обучения предмета четыре года, набирают около тридцати учеников ежегодно, однако под конец обучения выпускаются в среднем трое-четверо адептов. Остальные отсеиваются либо в процессе обучения, меняя специальность из-за сложности, либо остаются на второй, а то и третий год, ибо итоговые тесты в конце года — очень ответственные. Именно они определяют допуск учеников к новому уровню обучения. Пока их не сдашь, можешь учиться до трех пересдач и быть исключенным, либо добровольно перевестись на более легкую специальность.

Поэтому среди артефакторов, как правило, не считается странным затворничество. По их логике нет необходимости заводить дружеские связи или даже запоминать имя сокурсника, от которого уже завтра, возможно, избавятся.

Стоит ли удивляться тому, что на мне, как на потенциальном артефакторе, однокурсники поставили крест уже после десяти секунд изучения? Мое имя в академии должно быть известно, потому ни для кого не секрет, что на боевой факультет я попала по блату. Так, вероятно, и сюда пробралась тем же способом, а значит, ничего из себя не представляю.

Кого другого данная правда могла оскорбить, задеть гордость и спровоцировать на действия, дабы доказать всем и каждому свою ценность. Однако, мне было куда удобнее, когда на меня никто не обращал внимания, позволяя тихо-мирно заниматься своими делами.

Потому, по итогу, я лишь в очередной раз порадовалась тому, что решила сменить факультет, сидя на галерке и слушая преподавателя, который также особых надежд на меня не возлагал. Видать, для него, дядечки с моноклем, что сейчас распинался перед доской, как и для остальных, стал неожиданностью мой перевод по решению магистра и ректора.

В общем, сидела я, кайфовала, никого не трогала и радовалась тому, что превратилась в невидимку, как все было испорчено в один миг, всего одним вопросом, заданным знакомым голосом:

— Адептка Варенн здесь? — постучавшись, вошел в аудиторию кронпринц, чем вызвал очередную волну любопытства. Преимущественно у малочисленной женской половины аудитории. Тут не мудрено: известный красавчик, сильный, мужественный и великодушный. Прямо звезда всех женских сердечек.