Как не сдохнуть в любовном романе

— Пусть сейчас ты и невеста кронпринца, но и его терпение скоро иссякнет и он тебя вышвырнет.

— Я буду с нетерпением ждать этого момента, — наклонилась я к дрожащей от гнева девке. — А до тех пор, знай свое место и отвечай, когда я у тебя спрашиваю. Что вы здесь с таким энтузиазмом обсуждали? — посмотрела я на нее взглядом маньяка и широко, с угрозой и кровожадностью улыбнулась."

"Звезда местного разлива гневно поджала губы, но, несмотря на ярость, заставившую ее покраснеть от унижения, молча протянула мне свежий выпуск студенческой газеты, где на первой полосе светилась моя… физиономия в компании Бастиана, с подзаголовком: «Измена и предательство, или Семейные обстоятельства! Кронпринца предали родные?»

— Какого х*я?! — опешила я, сжимая в руках газетенку и чувствуя, как мои глаза наливаются кровью.

Глава 7

— Как это понимать, сучок ты, хренов? — трясла я за грудки самопровозглашенного лауреата Пулитцеровской премии академического масштаба, отыскав того в кабинете типографии в административном корпусе. Этим журналюгой оказался такой же адепт академии, тщедушного вида очкарик, больше напоминающего богомола: высокий, тощий, с длинными руками и в очках с толстыми линзами. — Твоих шкодливых ручонок дело? — потрясла я выпуском академической газеты, а затем треснула ею же по лохматой башке парня. Не больно, но обидно, все же, не хочу, чтобы меня еще привлекли за членовредительство.

— Я всего лишь написал правду! — визгливо заявил этот петух, явно храбрясь из последних сил, с видом невыносимой ноши правосудия, что носил на своих худеньких плечах. — Люди должны знать правду! — едва не плача, осмелился он мне высказать.

— Ах, ты, лицемерная задница! — уже из последних сил сдерживаясь, рычала я. — То есть, ты обвиняешь меня в измене лишь за то, что я общалась с мужчиной, даже не прикасаюсь друг к другу? Тогда, тварь такая, объясни-ка мне вот это? — указала я пальцем на «стену славы», разумеется, самопровозглашенную, где висели разоблачающие Иванну Варенн статьи, со всеми ее «злодеяниями». Тут и то, что я преследую несчастного принца, издеваюсь над ничем не повинной Алиссией, угрожаю другим студентам и прочее, в чем Иванну упорно обвиняли с момента появления в истории главной героини. Несколько статей я даже вспомнила, почерпнув знания из памяти Иванны. Там писалось о событиях, наподобие тех, где изначальная хозяйка моего тела проявляла закономерное возмущение поведением принца. Но, разумеется, злодейкой в этих ситуациях всегда становилась исключительно Иванна, и никого не интересовала ее правда, когда в газете преподносилась уже готовая версия событий.