Как приручить кентавра, или Дневник моего сна

Куда я денусь от него? Разве раньше меня так отчаянно желали? С ним я могла позволить себе быть слабой, но в тот же момент, находясь рядом с ним, я была сильна как никогда.

– Я твоя, – признала я в который раз и тут же отклонилась от его поцелуя, – но и ты мой, запомни это!

Уже не он, а я приблизила свои губы к его и, не сокращая последних миллиметров, прошептала:

– И быть тебе моим отныне и до конца дней твоих! – повторила я его слова, а потом поцеловала так же неистово, как и он меня.

Шерридан перехватил инициативу, яростно врываясь языком в мой рот, засасывая, подчиняя, сминая губы.

Как всегда от его прикосновений, я вспыхнула, словно спичка. Он явно задался целью утвердить свою власть надо мной и свести с ума, только у меня были на это свои планы. Отстранившись, я встала с его колен и, глядя ему в глаза, развязала пояс халата. Движение плеч, и он упал к моим ногам. За ним последовала и рубашка. Он сделал движение встать с кресла, но я покачала головой и опустилась на колени между его ног. Его глаза удивлённо расширились. Нет, можно подумать я его так не ласкала! Не в постели же нам всегда этим заниматься.

Мои руки легли на его колени и двинулись выше. Пальчики прошлись по выпуклости в паху и взялись за пряжку пояса.

– Рия… – перехватил он мои руки.

Я провокационно ему улыбнулась и, расстегнув пояс, взялась за шнуровку брюк. Шерридан был заинтригован моей инициативой. Хорошо, что он перестал носить нижнее бельё, так как я сразу выпустила его член на волю. Он дёрнулся перед моим лицом в полной боевой готовности, а я усмехнулась.

– Приподними бёдра, – попросила его, и как только он это сделал, стянула штаны вниз.

Я опустила свои длинные светлые волосы ему на обнажённые бёдра и несколько минут ласкала ими его. Шелковистые светлые пряди скользили по его ногам, члену, и его учащённое дыхание давало знать о том, как его это заводит. Откинув волосы, склонилась и начала прокладывать дорожки поцелуев по внутренней части бедра, приближаясь, но не касаясь самого главного.

Лишь когда его пальцы зарылись в мои волосы, недвусмысленно намекая, я подчинилась их давлению, но не совсем. Склонившись, поцеловала яичко и, облизав, втянула его в рот, перекатывая.

Шерридан застонал, а я повторила действие со вторым. Поглаживая руками его бедра, я согревала их своим дыханием, вылизывала и поочерёдно втягивала то одно, то другое.

– Рия! – В этом в возгласе уже была мольба. Я обхватила пальчиками его ствол и дразнящими медленными движениями прошлась снизу вверх и обратно."

"Шерридан выгнулся, двигая бёдрами, и, сжалившись, я накрыла головку члена ртом и прошлась круговым движением языком, постепенно вбирая его в себя.