Как прорастают зерна (СИ)
- Оля, не закрывай глаза! Смотри на меня. Смотри на меня, слышишь! Где Самвел?! Где кровь?! Она не понимала, почему у нее спрашивают про какого-то Самвела и про какую-то кровь. Про Самвела ещё что-то помнила, кажется, а вот кровь… При чем тут кровь? Веки стремительно тяжелели. - Оля! Оля, не смей закрывать глаза. Смотри на меня. Самвел, мать твою, быстро! Все голоса слились в один неясный гул, в котором выделялся лишь один громкий низкий голос, который привычно – она откуда-то это знала, что именно привычно - орал. Ослепительно вспыхнули на потолке яркие светильники. Веки все-таки сомкнулись. И она провалилась в благословенную темноту. - Самвел, показатели? - В норме. - Скальпель. Зажим.
Будто он ее испачкал. Ну да, испачкал. Но это же не грязное. Это просто следы их близости. Супружеской близости. ? ей не терпелось все это с себя смыть. Избавиться.
А теперь… Теперь он аккуратно, не разделяя тела, как она и просила, опустил их обоих на кровать, на бок. Липа прогнулась, вжимаясь плотнее в его пах ягодицами.
– Вот так. Не отпущу.
Ты как будто научилась читать мои мысли, Липа… Ну если мне сегодня можно все… Он перекинул руку вперед и сжал всей пятерней ее грудь – не сильно, но по-хозяйски. Погладил, снова сжал. Потому что имеет на это право.
Мое.
Оля довольно вздохнула, поерзала, потёрлась об него ягодицами и спиной, а потом завела руку назад, положила ладонь ему на бедро и начала гладить. Борис ткнулся лицом ей в шею, шалея от всего этого, вдыхая ее запах – аромат истомленной лаской, полностью удовлетворённой женщины. Такими темпами они, не меняя позы, перейдут ко второй серии. Но тут рука ?ли на его бедре замерла.
Липа заснула.
? он всегда мечтал засыпать после близости именно так – не покидая ее тела, сплетясь, крепко обнимаясь, словно отдавая напоследок друг другу… что-то. Что-то важное. И вот теперь они именно так и засыпают. У него и самого уже слипаются глаза.
Борис потянулся за одеялом, Оля сонно и недовольно пробормотала:
– Куда? Не уходи.
Он улыбнулся ей в шею,туда же крепко поцеловал.
– Никуда. Я тут.
Накрыл их одеялом. И практически тут же уснул.
***
Оля сладко потянулась. Задела ступней мохнатое тельце кошки. Касси тут же подобралась к ней, боднула головой в подбородок.
– Не ври, Борис тебя кормил!
И тут же Оля резко села. Борис. Борис… Борис!
И минувшая ночь водопадом обрушилась на Олю. Но это был не холодный водопад. А горячий. Очень горячий.
Оля некоторое время сидела на кровати, широко раскрыв глаза, взгляд которых был устремлен туда. В минувшую ночь. Дыхание ее стало частым, щеки порозовели. Но это был не румянец стыда, это было… другое.
Оля резко спустила ноги с постели и почти бегом помчалась в ванную. Нужен душ. Срочно. Лучше прохладный! Вымыть голову, нанести маску для волос, крем – и для лица,и для тела. И… и вообще хотелось петь!
***"
"Поразительно, но у Оли получилось в этот день работать. Вполне эффективно и продуктивно. Только вот не нашла в себе смелости написать Борису в мессенджер. Ну хотя бы для того, чтобы он купил кое-что по дороге домой. В принципе, в холодильнике есть все, чтобы приготовить ужин. Правда, сегодня ее кулинарным способностям не стоит давать слишком сложных зада?ий, но есть картошка, овощи на салат, а в морозильной камере – замороженные фаршированные перцы, оставленные им Фаиной Давыдовной. Вполне нормальный ужин.
И вcе же в течение дня Оля сама постоянно проверяла телефон. Не будет ли сообщений от Бориса. Чего она ждала? Не знала.

















