Как прорастают зерна (СИ)
- Оля, не закрывай глаза! Смотри на меня. Смотри на меня, слышишь! Где Самвел?! Где кровь?! Она не понимала, почему у нее спрашивают про какого-то Самвела и про какую-то кровь. Про Самвела ещё что-то помнила, кажется, а вот кровь… При чем тут кровь? Веки стремительно тяжелели. - Оля! Оля, не смей закрывать глаза. Смотри на меня. Самвел, мать твою, быстро! Все голоса слились в один неясный гул, в котором выделялся лишь один громкий низкий голос, который привычно – она откуда-то это знала, что именно привычно - орал. Ослепительно вспыхнули на потолке яркие светильники. Веки все-таки сомкнулись. И она провалилась в благословенную темноту. - Самвел, показатели? - В норме. - Скальпель. Зажим.
А вместо этого кивнул.
– Пойдем.
Было совершенно ясно, что для разговора им нужна хотя бы минимальная приватность. В ординаторской сейчас толчется куча народа – рабочий день завершается, врачи, кроме дежурных, собираются домой. Процедурную в этот раз Борис занимать не стал, они с Тасей устроились у окна в торце коридора. Борис помахал уходящим Косте и Ильясу.
– Что случилось? – начал Борис без предисловий.
– Гену выпустили.
– Что?!
– Мне звонили из полиции. Сказали.
Тася всхлипнула, у нее начали дрожать плечи. А Борис, пережив первый шок, стал лихорадочно соображать. Как его могли выпустить?! Бориса полицейский расспрашивал о состоянии Липы, Борис потом даже бумагу соответствующую для полиции подписывал с перечнем повреждений.
– Они там что, совсем с ума сошли?! – не выдержал и рявкнул Борис. Тася еще сильнее вжала голову в плечи. – Как они могли его отпустить?! После всего, что он… он… сделал?!
– Не знаю, – шмыгнула носом Тася. - Я толком ничего не поняла. Что-про повреждения говорили. Средние какие-то.
Господи, как эти люди рассуждают?! Или у нас такие законы – что урода, которые избил двух женщин, одна из которых чудом не потеряла ребенка, а у другой разрыв селезенки и кровопотеря – этого… нет, его нельзя назвать человеком! – этого… субъекта выпускают из-под стражи! Чего они ждут – когда он кого-то убьет?!
Средние, надо же. Значит, у Липы – повреждения средней степени тяжести? Это ни в какие ворота не лезет! Что там у них за нормативы и стандарты?! Вечно у нас за нормативами человека не видят.
Борис мысленно себя одёрнул. Толку сейчас об этом рассуждать? Этого урода уже выпустили. Хоть задоказывайся теперь – он гуляет на свободе. Хорошо, что Липа у Бориса под присмотром, в отделении. А вот Тася…
– Он куда теперь пойдет? – Тася всхлипнула. - Домой может прийти? - продoлжал расспросы Борис. Она кивнула. – Ключи от квартиры у него есть? – Тася снова кивнула. - Так, домой сегодня не ходи, останешься ночевать в сестринской, скажешь – я разрешил, поняла? - Тася только успевала кивать. – Ну вот и хорошо. А теперь дай мне ключи от своей квартиры.
Тася безропотно вручила ему ключи. По крайней мере одно достоинство у этой девушки есть – послушная.
После разговора Борис долго смотрел вслед уходящей по коридору Тасе. А потом спохватился и полез за телефоном.
– Самвел, ты еще не ушел? Задержись, пожалуйста.
***
– Боря, я хочу домой, - Боpис не успел ничего ответить. Он не торопился с ответом, взял паузу на подбор слов, а Липа продолжила. - Ты не подумай, я ничего не требую. Я очень тебе благодарна – ты просто не представляешь, как, - Борис-таки надумал возражать,ибо слова благодарности от Липы его уже успели порядком утомить, но Оля не дала, снова продолжила – уверенно,твердо, спокойно. – Я выполняю все твои рекомендации.

















