Как прорастают зерна (СИ)

Со стороны эти движения выглядели почти непристойными, но Оля уже знала, что это для снятия напряжения в тазобедренных суставах. А Борис только пришел с работы. И ей неизвестно, сколько он сегодня выполнил операций.

– Тяжелый был день? - сам собой сорвался с губ вопрос.

– Обычный, - неопределённо отозвался Борис.

– А что за подарок и откуда ты его заберешь? - вернулась ?ля к изначальной теме разговора. Предыдущий собственный вопрос ее смутил. Она слишком часто ставит себя в неловкое поло?ение в обществе Бориса. Впрочем, этого следовало ожидать – что снова жить с Борисом будет непросто.

– Я у Самвела спросил, что подарить, он мне ссылку прислал. Какая-то штука для кухни,то ли ?омбайн,то ли еще чего-то, я в этом не разбираюсь. Тамара же любит на кухне возиться.

Тамара любит готовить, ?аина Давыдовна любит готовить. Одна Оля – нет. Но и это ей настроение не испортилo. Оля поняла, что рада этому приглашению. И уже предвкушает встречу с Тер-Петросовыми.

– Я куплю красивый букет цветов.

– Хорошо, - после паузы согласился Борис. - А теперь давай ужинать.

***

В финале этого дня, уже лежа в постели и слушая мерное дыхание Бориса – не обманул ведь,так и не научился храпеть! – Оля прокручивала в голове перспективу пойти в гости и увидеться с Тер-Петросовыми. ? потом мысли ее соскользнули – уже привычно – к Фаине Давыдовне. Прошло несколько дней после ее отъезда, но Оля все думала о том, что рассказала ей бывшая свекровь.

То обстоятельство, что Фаина Давыдовна считала себя причиной развода Бориса и Оли, принять оказалось проще всего. В конце концов , если бы Фаина Давыдовна не уехала – так бы оно и случилось. В том смысле, что она бы внесла существенный вклад в то, чтобы брак сына с неугодной невесткой распался.

А вот откровения об отце Бориса ?ля все еще укладывала в голове. К Борису Натановичу в семье Накойхер относились с величайшим пиететом, только что портреты его в каждой комнате не вешали в парадной раме. Борис Натанович то, Борис Натанович се… А оказался обыкновенный кобель! Аспиранточки у него молоденькие, видите ли. Оля представила, что это к ней в дом приходит какая-то… из женщин Бориса. У папы были аспирантoчки, а у сына, наверное, медсестрички. А что, Оля сама, пока лежала в больнице, видела и слышала, как с Борисом эти самые медсестрички заигрывали – а среди них были очень даже хорошенькие.

И что бы Оля сделала , если бы такая вот хорошенькая явилась к ней в дом и стала говорить о своей к Борису любви? Оля сердито засопела, завозилась, сильнее кутаясь в одеяло – от такой мысли стало холодно. Она повернулась на бок. В темноте виднелся силуэт так же лежащего на боку Бoриса – спиной к ней. Оля вдруг испытала сильное и безотчетное желание его, лежащего спиной и спящего – пнуть. Под низ спины. Со всей дури.