Как женить слона

– Вы еще пожалеете! – бросил нам на прощание Евгений Гуляев, и двери за ним, наконец, закрылись. Мы стояли в холле нашей квартиры, тяжело дыша, словно после боя, и не знали, что нам всем, собственно, делать дальше.

– Варя, ты… – пробормотал Гриша.

– Что, папа? – с обидой крикнула она. – Ну что?

– Ты прости меня, а? – вдруг сказал он, и мы все обомлели от такого поворота. Варя помолчала, а затем спросила его:

– А за что? – чисто чтобы уточнить. Такие вещи случались раз в сто лет.

– Я… ты понимаешь, дочь… – он замер в нерешительности. – Ох, Варька, ты что ж так рано-то все это затеяла, а?

– Я не специально, – пробормотала она.

– Скажи, а ты сама-то хочешь чего? Рожать? – спросил Гриша и густо покраснел. Господи, ну наконец-то хоть один правильный вопрос!

– Я не знаю, – растерялась Варя.

– А я знаю, – вмешалась я. – Да, хочу. Это ж будет малыш. Наш малыш, Гришка, твой и мой.

– И немножко мой, – обиделась Варя.

– И полностью твой, особенно по ночам, – согласилась я. – Неужели мы не справимся? И без этих… – и я покосилась на входную дверь.

– Будет тяжело, – вздохнул Гриша.

– Но я помогу! – уточнила я. – Я же буду рядом. И ты поможешь, Гриша.

– И я помогу, конечно, – влезла Алевтина Ильинична. – Хотя это все и ужасно.

– Не ужасно, а прекрасно. Это же будет наш внук, Гришка. Ну, подумаешь, немного раньше, чем мы хотели. А ты помнишь, как я забеременела, а? Тоже была неожиданность.

– Та еще неожиданность, – улыбнулся муж. – Я потом неделю спать не мог.

– Почему? – удивилась я. Этого я не знала, ведь мы не жили вместе.

– Почему-то я боялся стать плохим отцом, – пробормотал он. – И, судя по тому, что мы наблюдаем теперь, не зря я боялся.

– Ох, папа, – вздохнула Варя. – И вовсе ты не плохой отец. Это я – полная дура. Как я могла влюбиться в этого… – и она снова покосилась на дверь.

– Дорогая моя, – вздохнула я. – Если бы мы могли выбирать, в кого влюбляться, а в кого нет…

– То что? – с неподдельным интересом уставился на меня мой муж. Я ухмыльнулась.

– Ну, тогда я снова влюбилась бы в тебя. Особенно когда ты в таком шикарном костюме!

Мы замолчали, но на этот раз это была совсем другая тишина. Буря прошла, и мы стояли на берегу, чудом уцелевшие среди кучи обломков, кусков какого-то барахла, но главное было не в этом. Мы были вместе, мы снова были семьей. Хрупкий домик терракотового цвета.

– Ну… в общем… – пробормотал Григорий и вдруг заулыбался. – Дети – это счастье."

"А затем Алевтина Ильинична вдруг взяла и спросила, хочет ли кто-нибудь чаю. И эта фраза, такая до нелепости банальная, вдруг показалась нам замечательной. Словно просто попить вместе чаю было доселе недоступной для нас роскошью. Луч света в темном царстве. Чаю.