Камасутра для Микки-Мауса

Потом из-за поворота выплыл толстый, просто необъятный Аркадий Семенович, владелец клиники. Словно океанский лайнер, он продефилировал мимо меня и тоже исчез в кабинете. Я испугалась: похоже, за белой дверью собрался консилиум, неужели собаке так худо!

Неожиданно из-за двери донесся рокочущий бас Аркадия Семеновича:

– Пустое дело так рассуждать! Немедленно несите на рентген!

Еще через пару минут Рейчел вынесли в коридор и потащили куда-то в глубь лечебницы.

– Евлампия Андреевна! – спросил бледный, как лист бумаги, Денис Юрьевич. – У вас есть дети?

Молчавший до сих пор Кирюшка удивленно воскликнул:

– Ну да! Вы ж нас знаете! Я и Лизка!

– А маленькие? – поинтересовалась Алла Евгеньевна.

– Еще Магдалена, – ответила я, – она в гости приехала.

– Сколько ей месяцев? – быстро спросил Аркадий Семенович.

Кирюшка захихикал.

– Скажете тоже, месяцев! Магде восемнадцать, она в одиннадцатый класс пошла!

– Сколько? – удивилась я. – Ты точно знаешь?

Кирюшка кивнул:

– Ага, я сам удивился, она себя ведет, как десятилетняя.

– А младенцы имеются? – не успокаивался Аркадий Семенович.

– Нет пока, – растерянно ответила я, – при чем здесь грудные дети?

– Собака гуляет во дворе, за забором или у вас на глазах? – продолжал задавать идиотские вопросы главный врач.

– Вчера она подкоп сделала и по поселку носилась, – вздохнул Кирилл, – еле-еле поймали, совсем от свежего воздуха офигела! У магазина отловили!

– Мне никто не рассказывал об этом происшествии, – покачала я головой.

– А ты дома-то бываешь? – ринулся в атаку Кирюшка. – Бросила бедных детей голодными…

Я быстро наступила ему на ногу. Иногда Кирика заносит, нет никакой необходимости устраивать свару при посторонних.

Тут раздался крик:

– Аркадий Семенович!!!

Доктора плотной группой рванули на зов. Мы остались с Кирюшкой вдвоем. Я терялась в догадках, что с нашей Рейчел?

Минут через пять Аркадий Семенович в окружении людей в голубых халатах подплыл к нам, в руках он держал рентгеновский снимок.

– Многоуважаемая Евлампия Андреевна, – начал главврач, – мне очень неприятно сообщить вам, вернее, просто ужасно…

Я похолодела, Рейчел умерла!

Аркадий Семенович тем временем продолжал абсолютно не свойственное ему мямленье.

– Ясно. Операция. Готовим.

А сегодня старательно подбирал слова и никак не мог сообщить суть дела.

– Случается такое, мы с коллегами, естественно, слышали о подобном, тем более со стаффами, все-таки собака сложная.

– Вероятно, отягощенная генетика, – влезла Алла Евгеньевна.

– Да что произошло? – заорал Кирюшка. – Вы не можете нормально сказать?

Аркадий Семенович поднял снимок. Я уставилась на темно-серый лист.