Камасутра для Микки-Мауса

– Олег Сергеевич! Вы, как всегда, вовремя, пойдемте.

– Добрый день, Родя, – прогудел посетитель, направляясь в глубь зала. – С чего начнем? С пресса?

Когда парочка приступила к занятиям, Анджела фыркнула:

– Видала, как он Родьку послал? А ты предлагала ему замечание сделать. Нет уж, дураков нет, охота помереть, так кто бы спорил, но не я. И чаевые этот хмырь никогда не оставляет, гад!

На следующий день, проспав до двух часов дня, я обнаружила, что жизнь в Алябьеве течет по кругу. Юрий опять где-то раздобыл водки и «поправил» здоровье. Магдалена тихо лежала в гамаке, на этот раз у нее в руках была «Энциклопедия заказных убийств».

Лиза и Кирюша унеслись к приятелям. Муля и Ада спали возле Магды, Рейчел, замотанная в послеоперационную попонку, дремала на веранде, под столом. Рамик отдыхал под кустом сирени. От Катюши вновь осталась записка: «Сварила суп. В холодильнике есть мясо, сделай котлеты». Я пошаталась в ночной рубашке по даче. Готовить обед совершенно не хотелось, вытаскивать мясорубку было лень. Может, просто отварить кусок и сделать макароны по-флотски? Но тогда все равно придется выуживать из шкафчика допотопный железный агрегат и вертеть отварное мясо. Честно говоря, мне очень не хотелось потом мыть мясорубку. Именно из-за моей лени в нашем доме не прижились такие полезные вещи, как комбайн и соковыжималка. Стоило лишь представить, что после того, как натерла одну морковку для супа, придется мыть кучу насадок, нож, контейнер, палочку, которой пропихивают продукты, верхнюю часть агрегата, потом все вытирать, собирать прибор, запихивать в коробку, как руки сами собой тянутся к «дедовской» терке.

Так и не решив, что делать с мясом, я уселась около телефона и позвонила Козаниной.

– Этот номер телефона более не обслуживается, – заявил металлический голос.

Что ж, скорей всего Марина Сергеевна либо потеряла мобильный апарат, либо сменила номер.

Решив не расстраиваться, я вновь позвонила. – Офис «Межпромбум», – прощебетал звонкий девичий голос, – секретарь Алена, слушаю внимательно.

– Соедините меня с Нестеренко.

В трубке на секунду повисла тишина, потом Алена осторожно переспросила:

– С кем?

– С вашим директором, Нестеренко Григорием Ефимовичем.

– Простите, кто его спрашивает?

– Романова Евлампия Андреевна.

– Уважаемая Евлампия Андреевна, Григорий Ефимович давно скончался, – выдавила из себя секретарша.

– Извините, не знала, – забормотала я, – мы редко общались, а что с ним случилось?

– Инфаркт, – сухо пояснила Алена. – Если хотите, могу вас соединить с господином Нестеренко, нашим директором.

– Вы же сказали, что он умер! – возмутилась я."

"– Григорий Ефимович да, а Семен Ефимович, его младший брат, теперь у нас хозяин, – пояснила девушка.