Камасутра для Микки-Мауса
Меня нисколько не греет мысль, что не только я, Евлампия Романова, обладаю способностью вляпываться в скверные истории. Это же относится к нашему другу майору Костину. Случилось страшное – наш Володя женился! И теперь его ждет пожизненное заключение в четырех стенах с малопривлекательной женой Натой, которая еще и ухитрилась изменить ему в день свадьбы. Свидетельницей этого, конечно, оказалась я. Но черт меня дернул проследить за Натой, когда она назначила свидание любовнику. А там я стала ни много ни мало свидетельницей убийства. Хрупкая Ната застрелила любовника на глазах у толпы. Костин собрался уйти с работы – у мента не может быть жены-убийцы. Я должна помешать этому, тем более что припомнила одну деталь, которая говорит о том, что убийца не Ната. Я расшибусь в лепешку, но узнаю истину!..
Смотрю, бедные детки целый день одни да одни, небось голодные!
– Так мы взрослые, – с кривой ухмылкой сообщил Кирюшка. – Лизавета суп сварила, я посуду помыл, и дело с концом."
"И Кирюшка, и Лизавета терпеть не могут нашу соседку Нину Ивановну Замощину и всегда при ней начинают прикидываться идеальными детьми. Нина Ивановна виртуозная сплетница, основной смысл ее жизни состоит в собирании всяческих слухов о жителях поселка. Больше всего госпоже Замощиной приходятся по вкусу чужие неприятности. Попав в дом в разгар скандала, она просто расцветает, причем удовольствие мигом отражается на внешнем облике соседки.
Вот и сейчас Кирик мигом схватил нож, а Лизавета, опустив глазки вниз, тоненьким голоском поинтересовалась:
– Лампуша, можно мне еще одну сосисочку взять?
Я чуть не расхохоталась, но решила поддержать их игру:
– Конечно, детка, да угости Нину Ивановну.
Соседка оглядела исходящую паром розовую колбаску и констатировала:
– Останкинские покупаете, дешевые. Мы берем черкизовские, в натуральной оболочке, дорого, конечно, зато качественные продукты. Ой, какая сейчас жизнь сложная пошла, люди вынуждены на желудке экономить!
В этом заявлении вся Нина Ивановна, вроде она вам сочувствует вполне искренне, но потом вы вдумываетесь в сказанные ею фразы и понимаете, что она, похоже, между делом наговорила гадостей.
– Слыхали, что случилось-то? – затарахтела Нина Ивановна, отодвигая от себя тарелку с забракованной сосиской.
– Нет, – осторожно ответила я.
– Да ну! – всплеснула она руками. – Впрочем, откуда тебе быть в курсе, гоняешь весь день в городе, хорошо хоть ночевать приезжаешь. Катерина-то, гляжу, и ночью отсутствует! Слушайте!
Судя по раскрасневшемуся лицу Замощиной, новость была хоть куда!
– У Ванды Кропоткиной младенца украли, – с самым радостным лицом сообщила Замощина.
Глава 16
Дети разинули рты, а я испугалась.
– Как украли? Она же совсем недавно мальчика родила! Ему еще и месяца не исполнилось! – Два стукнуло, – кивнула Нина Ивановна и торжествующе оглядела наши растерянные лица, – Феденькой назвали.
– Почему был? – прошептала я. – Ребенок умер?
– Так с утра ищут, – с горящими глазами пояснила Нина Ивановна. – Ванда милицию вызвала, только толку! Небось на органы забрали! Тут, около леса, коттеджи строят, рабочие по-русски ни бум-бум, небось они постарались.
















