Призванная для Дракона

Потом, вздохнув, прижалась щекой к теплому шпону.

— Прощай, — она погладила стену.

И ей показалось, что откуда-то из недр дома донесся ответ: еле слышная пульсация, больше похожая на эхо ее собственного сердцебиения.

Когда она вышла в прихожую, ее лицо было абсолютно спокойным.

— Я готова, — Тая обвела взглядом мужчин.

— Замечательно! — констатировал До Наре.

Один из его адъютантов посторонился, распахивая перед девушкой дверь.

Но прежде чем она сделала шаг, Крейн набросил ей на плечи меховой плащ. Длинный, до самых пят, с глубоким капюшоном, сшитый из роскошного собольего меха, мягкого и блестящего.

Тая завороженно застыла. Руки Крейна лежали на ее плечах так, словно он не мог заставить себя от нее оторваться.

Собравшись с духом, она посмотрела ему в лицо. Суровое, непроницаемое, с дорожками чешуи на лбу и висках. Столкнулась с нечитаемым взглядом.

На секунду ей показалось, что в глазах Крейна что-то мелькнуло, а потом он порывисто нагнулся и поцеловал ее. Но не в губы. В щеку рядом с ухом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Луннар не снимай! — услышала девушка быстрый шепот.

Она хотела ответить что-то едкое, что выразило бы ее мысли поэтому поводу, но Крейн уже отошел, а До Наре с галантностью придворного франта предлагал ей свой локоть.

— Прошу, ясновельможная Льера. Экипаж к вашим услугам.

Один из адъютантов подхватил саквояж.

Не оглядываясь, девушка вышла из дома.

Крейн не пошел ее провожать. Он остался стоять у порога, глядя ей в спину. Она чувствовала его взгляд: обжигающий, не дающий ей сконцентрироваться, полный тоски.

В какой-то момент сердце ёкнуло, истая споткнулась. До Наре ее поддержал. Она оглянулась через плечо, возвращая себе равновесие.

Крейн все так же стоял, вцепившись руками в точеные столбы, поддерживающие навес над крыльцом. Его лицо превратилось в застывшую маску без тени эмоций, глаза заполнила тьма. Он казался статуей, высеченной из гранита, и только руки продолжали жить своей жизнью. Пальцы продолжали сжимать столбы все сильнее, словно те были сделаны не из дерева, а из глины. Ногти или, вернее, когти вгрызались все глубже, вспарывая древесину как прошлогодний снег.

Раздался треск.

Тая вздрогнула, поспешно отворачиваясь. Такой Крейн ее безумно пугал. Может, и к лучшему, что они расстаются?

Она чувствовала себя отвратительно и ничего не могла с этим сделать.

Ей хотелось вырвать руку из цепких пальцев До Наре, броситься к мужу, обнять его, поцеловать. Попрощаться по-людски. Ведь никто не даст ей гарантию, что они снова увидятся…

Но она не сделала ни того, ни другого.