Капкан для наследницы

Игорь подъехал к «Эльдорадо» как раз к трогательному выходу Клюквиной в окружении продавцов, обвешанных с головы до пят свертками и коробками.

«Ну мадам дает! Такой спектакль вокруг себя закрутила! Интересно, кто оплатил все эти покупки? Она? Или Круглого раскрутила? Если Круглого, то как на это безобразие смотрит его гражданская супруга Дроздова?», – подумал Игорь и с восхищением проводил взглядом женщину, уверенно садившуюся в «Мерседес».

На обратном пути эскорт машин проследовал, нигде не останавливаясь. Впереди ехал «Мерседес», следом катилась «Газель», а за ними на почтительном расстоянии – Игорь на «Рено». При въезде в поселок он спрятал машину за фермой и дальше пошел пешком. К сожалению, реакцию Круглого он так и не увидел – опоздал.

* * *До отъезда время прошло незаметно. Мы с Верой собрали пару чемоданов. Из того, что приобрела сегодня, я взяла только купальник и кое-что из белья, остальное, скорей всего, будет пылиться в шкафу, вряд ли я когда-нибудь надену эти вещи. Жаль, Вера намного превосходит меня в габаритах, а то бы часть моих новых нарядов тут же перешла в ее полное пользование.

Закончив с дорожными хлопотами, я спустилась к обеду в столовую. Никита пребывал в препаршивейшем настроении. Понимаю, в течение двух часов его кошелек полегчал на десяток тысяч долларов. Это, конечно, испытание для нервной системы! Если так пойдет, то с такой женой можно и на паперти свой век закончить!

Но, надо отдать должное Никите Петровичу, по отношению ко мне он держался очень корректно: в мой адрес упреков не высказывал и раздражения своего не проявлял. Только суровый взгляд и нервное постукивание пальцами по поверхности стола выдавали его плохое настроение. Что ж, щедрость украшает мужчину! Мне он сейчас показался не таким уж и противным. Я хотела уже сменить гнев на милость, но этому помешало появление доктора.

Вот о ком я забыла! Да это и не мудрено! Такое насыщенное событиями утро! Надо его порадовать хорошими результатами шопингтерапии.

Сергей Ильич выглядел изрядно помятым и больным. Могу только догадываться, почему ему так нездоровилось. Он молча уселся за стол и тупо уставился на приборы в ожидании обеда.

– Сергей Ильич, вы сегодня не поинтересовались моим самочувствием. Что так? Или сами приболели? – иной раз я могу быть очень язвительной.

– Приболел, дорогая Эмма Львовна. Приболел, как вы изволили заметить. – Он с омерзением посмотрел в мою сторону и трясущимися руками потянулся к бутылке с пивом.

«Мой щен» (про себя я только так теперь величала Никиту Петровича) тоже обратил внимание на плачевный вид Сергея Ильича и решил отыграться на нем за свое плохое расположение духа:

– Ничего, подлечится! Всего-то лишь у него птичья болезнь. Он знает, как с ней справиться.