Карьерист

Причина третья: он надеялся что невидимый плащ его защитит от смертоносного свинца.

Ещё один положительный фактор: острова продолжали идти с прежней скоростью и всего лишь через пять минут могли протолкнуться в территориальные воды. Второй, из него исходящий: ну хоть кто-то же должен наблюдать за морем из Имения! Следовательно, давно уже подняли тревогу, а заметив десант, моментально придут на помощь.

Все эти размышления нивелировались страшной действительностью. Автоматный огонь достиг такой силы, что плоты резко сбавили в скорости. Но хуже всего, что сыплющиеся прямо на голову десантники умудрились физическими прикосновениями частично сорвать плащ с тела поощера. После чего Труммер всё-таки получил две свои первые раны. Потом и десантников налезло в оба плота столько, что те чудом не затонули. Да и самолёты упёрлись лбами и поплавками в трофей, пытаясь его остановить на месте.

Чуть раньше десантники взрезали палубу и вручную достали спрятавшегося там а’перва. Похоже, его пытались упаковать в кокон санитарной пены, а потом передать на борт самолёта. Но сам Поль не стал дожидаться струй из приготовленных баллонов. Хоть его и держали крепко за руки, фиксируя в жёстком захвате, но зачем такому универсальному поощеру махать руками? Или выкрикивать какие-то проклятия?"

"Просто ударил воздействием максимальной силы по всей площади вокруг себя. Агрессоры стали падать, как колосья пшеницы, срезанные косой. А при таком ёмком «отборе» и «подбор» получался огромнейший. Так что сил хватало, и уже после второго воздействия на втором плоту лежали все и тонули те, кто держался на воде рядом. Досталось изрядно и толпе десантников на первом (если смотреть по ходу движения) плоту. Там тоже все стали падать или как минимум пошатываться. Казалось бы, ещё несколько моментов, и случится уникальная победа. Но тут ударили пулемёты с обоих самолётов. Били в упор, не разбирая, где свой, а где единственный чужой.

Труммер только и понял, что его начало разрывать на кусочки.

Потом наступила тьма.

И через неизвестно какое время пришла боль. Причём боль ещё и принесла с собой чуточку счастья пополам с пониманием:

«Кажется, остался живой!.. И это меня сейчас, наверное, латают… Спасли всё-таки!..»

Знал бы он в тот момент, что залатали его и склеили давно, фактически ещё на плоту. А боль пришла после слива жидкости из регенерационной капсулы. Как раз в тот момент и была запущена крайне болезненная процедура запуска нервной системы. Датчики били током дёргающееся в конвульсиях тело. А руководящий этим процессом Прогрессор довольно улыбался:

– О! Задёргался покойничек-то! Значит, иннервация восстановлена на все сто процентов.