Карьерист

Учитывая обострённый слух, всё сказанное прозвучало как гром с ясного неба. Бедное создание, руководимое человеческим сознанием, и присело, и отпрянуло одновременно. Короче: шлёпнулось на пол в позу краба.

Кое-как прокашлявшись и с трудом управляя чужим языком, Поль выдавил еле различимые слова:

– Плохая шутка… Меня на мясное вообще не тянет… Разве что нечто особенное пожевать?.. Божественное?..

И попробовал угрожающе щёлкнуть клювом. Получилось вполне громко и устрашающе. Но опекун на это только радостно захохотал и стал в азарте потирать ладони:

– Чудесно! Просто чудесно! Можно отправлять тебя в тыл врага! Да и зачем в тыл? Сразу в штаб отправлю. Или в палату тамошнего правительства уроню. Э-э… Нет! Вначале мы устроим коротенькую пресс-конференцию.

– Кря-я? – неожиданно даже для себя выдал Труммер, только попытавшись раскрыть клюв для иного восклицания.

Вот это уже вызвало буквально истерический хохот развеселившегося божества. Минуты три он только и делал, что утирал слёзы и пытался остановиться. Ну да, он же и сам не раз заявлял: «Ничто человеческое мне не чуждо!» И сам Поль, пытаясь увидеть себя со стороны, мысленно лыбился. Та ещё картинка получалась! Особенно с вопросительным «Кря-я?».

Так и не избавившись до конца от смеха, дэм подхватил трофейное тело и перенёсся с ним в совершенно иную часть своего Имения. Вроде как офисная комната для переговоров, с большим круглым столом посредине.

– Садись вот сюда! – последовало распоряжение и тычок в сторону одного из кресел. – А я сейчас вызову и дам доступ сюда парочке своих собратьев. Остальным не доверяю, да и этих двоих будет достаточно. Главное, что будут все доказательства выигранного мною спора. Тебе же только и следует, что прокрякать… ха-ха, несколько фраз. Запоминай!

После полученных чётких инструкций Труммер всё-таки попытался затронуть довольно скользкую тему:

– Ревельдайна тоже окажется в числе выигравших спор?

Вот тут и последовало строгое наказание, которым Прогрессор никогда раньше не пользовался в отношении Поля, зато его применяла как-то та самая Ревельдайна. Всё тело сковало леденящей, пронизывающей болью, при которой ни дышать не получалось, ни шевельнуться. Только мысленно орать от кошмарных ощущений. И плевать, что тело в данный момент чужое и совершенно чуждое! Боль ощущалась всё так же, если не ещё сильней. Показалось даже: ещё мгновение, и я – труп!

Наверное, и дэм это понял. Потому что убрал своё воздействие, прорычав со злобой:

– Всему есть предел, смертный! Следи за своими словами и не лезь в наши дела! Мы и без тебя разберёмся!

Ничего на это не оставалось, как, скрипя клювом, угодливо кивать и пытаться отдышаться через две смешные дырки.