Категорически влюблен

Она покраснела и кивнула, не заметив, что Стас так и не извинился. Он посторонился, пропуская девушек вперед (уи-и-и, какой галантный!), но Таби, покачав головой, поудобнее перехватила лямки своего рюкзака и повернулась к Кате:

– Если с тобой все ок, я домой.

– А как же встреча с куратором? Выборы старосты?

– Я тебя умоляю. – Таби закатила глаза и, махнув на прощание рукой, широкими шагами двинулась к выходу.

Катя по-прежнему понятия не имела, где находится малый актовый зал, так что просто пошла за Женей и Стасом. Они тихонько переговаривались и, кажется, показывали друг другу какие-то фотографии в телефонах. Женя, заметив Катю, слегка дернула плечом, и Катя поспешила объясниться:

– Честное слово, я не сталкер! Просто иду в ту же сторону. Хотя, может, чуточку и сталкер, – нервно рассмеялась она. – Я на вас давно подписана, еще со времен, когда вы учились в Штатах. Вы классно рисуете.

Концовка получилась немного неловкой и скомканной, но Катя уже смирилась с собственным косноязычием. За нее будут говорить ее рисунки!

– Жаль, что не все так думают. – Женя вздохнула. – Глебу, как видишь, больше по вкусу все эти твои зверушки, бородавки, огурцы какие-то… Ты принципиально не рисуешь людей?

Катя споткнулась. Женя постоянно говорила вещи, которые совершенно не соответствовали тому, как она выглядела, и это сбивало с толку. Сейчас, например, она смотрела на Катю с таким преувеличенным вниманием, что та даже засомневалась: может, скрытая агрессия и насмешка в Жениных словах ей просто почудились?

– Если честно, у меня плохо получается рисовать людей, – призналась Катя, прижавшись к стене и пропуская шумную компанию старшекурсников. – Выходит либо ужасно уродливо, либо ужасно глупо.

– А мое слабое место – вот эти все детские смешные штучки. Как думаешь, Стас, это от того, что мы рано повзрослели?

– И поумнели, – хмыкнул Стас, не отрываясь от телефона. Краем глаза Катя заметила, что он строчит новый пост. Они с Женей выкладывали их по очереди.

– А твои носки – это такая метафора? – Женя по-птичьи склонила хорошенькую головку набок, разглядывая Катины гольфы. Катя на всякий случай тоже на них посмотрела. По-прежнему белые. По-прежнему с куриными лапками. Черт, надо было внимательнее слушать Сергея Владимировича на литературе в школе! Тогда, может, она бы и вспомнила, кто такая эта чертова метафора. Женя, почувствовав ее замешательство, прикусила губу и сложила бровки домиком.

– Метафора – это такое образное выражение. Ну, знаешь, как вечный сон – это метафора смерти. Вот я и подумала, может, твои нелепые куриные ноги – это скрытое послание о том, что ты рисуешь как курица лапой?

Стас рядом с ней громко рассмеялся, а Катя несколько раз моргнула, не зная, как вообще на такое реагировать.