Категорически влюблен

А Захар, самодовольно ухмыляясь, навис над ней, уперевшись руками в диван по обе стороны от ее лица.

– Боишься не устоять? – мурлыкнул он.

– А может, это ты боишься не устоять? – хрипло парировала Катя, подавшись вверх. Их лица почти соприкоснулись, и атмосфера в комнате ощутимо накалилась. Рука Захара едва заметно дернулась.

– Сиротка, – протянул он, – не льсти себе. Ты меня возбуждаешь примерно так же сильно, как тарелка с присохшей гречкой.

– А ты меня – как грязь под ногтями!

– Могу поспорить, однажды ночью твои шаловливые ручки пробрались бы под резинку моих штанов и… – Он вдруг двинул бедрами, прижавшись к Кате, и та ахнула, мгновенно возненавидев себя за этот тихий звук. Ее щеки вспыхнули бордовым румянцем.

– По рукам! – вспылила она. – Хочешь поспорить? Вот тебе пари! Спим на диване вместе, а первый, кто струсит или распустит руки, отправится спать на коврик у двери! И я тебе гарантирую, это буду не я!

– Договорились, – неожиданно легко согласился Захар, отталкиваясь от дивана и как ни в чем не бывало усаживаясь рядом с Катей. Э-э-э? Катя оторопела, осознав, что ее, кажется, надули, и запоздало добавила:

– Но у меня тоже есть это… условие. Относись ко мне и моим комиксам с уважением, ясно? Я взрослый человек и заслуживаю, чтобы со мной обращались как со взрослой.

Захар застыл, будто обдумывая ее слова, а в следующую секунду…

– Бип, – с серьезным видом сказал он, нажав пальцем на Катин нос.

И дом под номером три на улице Октябрьской сотряс оглушительный вопль:

– ЗАХА-А-АР!

Глава 9

Катя промокнула лицо полотенцем и нервно улыбнулась своему отражению в зеркале. Она что, правда собирается спать вместе с Захаром? Мысль об этом была неожиданно тревожащей. В груди что-то сжималось, но Катя категорически отказывалась относить свое волнение на счет Захара. Просто она еще ни с кем не спала в одной постели. Если, конечно, не считать тот раз в детстве, когда они с родителями ездили в какую-то захолустную деревню и ей пришлось спать на одной кровати с прабабушкой. Катя тогда не сомкнула глаз, потому что, во-первых, ее жрали комары, а во-вторых, прабабушка так храпела, что на окнах колыхались занавески.

А теперь вот парень… Хотя какой парень? Это же Захар! Катя громко фыркнула и скорчила рожу отражению в зеркале, подбадривая саму себя. Она же знает его как облупленного (или знала?), так что странное чувство у нее в животе – это наверняка несварение. Да, точно несварение, что же еще?

Решительно перекинув волосы за спину, Катя распахнула дверцу зеркального шкафчика над умывальником. Захар и правда выделил ей полочку: теперь на ней валялись древний тюбик крема для рук, косметичка с нехитрым набором косметики, расческа и лосьон от прыщей (возможно, просроченный).