Каждый любит как умеет

 – Эти валуи меня достали, Стае их третий день привозит, ты бы знала, как их долго мыть…

Она набрала воздуху, чтобы продолжать монолог, но тут Надя вспомнила.

– Галя, а что ты про Сашу говорила? Он тут был? Галя поперхнулась воздухом – не успела завестись недовольно ответила:

– Был.

– Что он тут забыл? – удивилась Надя.

Галя почуяла возможность выговориться и бросилась в атаку:

– Я тоже думаю, чего он приехал, один, во всем городском, и ты тоже на каблуках, в нашу грязь, с ума сошла, а Саша твой приехал, на даче часик-другой покопался и уехал, даже к нам не зашел… Стае еще туда потом сходил, потому что оттуда дым был, костер жгли, Стае пожара боится, но нет – все затушено было. Так и не поздоровались с Сашей.

– Постой, когда это было? – Надя все больше изумлялась."

"– Неделю назад, – четко ответила та. Ей можно было верить абсолютно. На память Галя не жаловалась, и кроме того, ненавидела ложь во всех видах, всегда резала правду-матку в глаза. Как это сочеталось в ней с болтливостью и любовью к сплетням – трудно было понять.

– Но ты точно его видела?

– Белая машина – ваша? – уточнила Галя. – Точно. И Сашу я узнала. Участок продавать не будете? Мы бы хоть сейчас купили, серьезно.

Надя задумчиво допила чай, пропуская мимо ушей все, о чем трещала Галя, попрощалась и уехала. В тот же вечер она обратилась к мужу за разъяснениями. Тот воспринял эти расспросы спокойно. Во всяком случае, спокойнее, чем первое упоминание о даче:

– Я что – не имею права туда съездить?

– Имеешь… Но зачем? Что ты там делал?

– Думал, Борька там, – отрезал он.

– Такты неделю назад туда ездил! – воскликнула Надя. – Он тогда только что пропал!

– А я думал, он там, – упрямо повторил Саша. – Хотел поговорить с ним об этой сумасшедшей идее. О закладе. Его там не было, и я уехал.

– Через час? Через два? Что ты там жег?

Саша фыркнул, как-то дернулся, но тут же взял себя в руки, издевательски заявил:

– Картошку пек! Нервы разболтались, решил успокоиться! Галька наболтала? Что за баба, просто сил нет! Стас на нее жаловался, помню… Говорил, что пока жили в Москве – была нормальная женщина. А на даче пообщаться не с кем, особенно зимой. Вот она и отводит душу… Охота тебе было ее слушать?

– Ноя просто удивилась…

– А чему?! Чему?! – он заводился все больше. – Имею я право в одиночестве посидеть на воздухе и съесть две паршивые картошки? Или я уже никаких прав не имею?! Ей до всего дело есть! Как будто они эту дачу уже купили!

– Ну, ладно, ладно, – сдалась Надя. – Бог с ней, с Галей. Но что с Борисом делать? Тетя Лиза уже на пределе. Еще немного – и сердце откажет. В последний раз она так страшно задыхалась…

Саша промолчал. Тетка позвонила племяннице на другой день, с утра, когда Саша уехал на работу, а Надя сидела за своей машинкой и строчила.