Хаиса императора драконов (СИ)

Поднос с белым чайничком понесла Айла.

И не донесла…

Споткнувшись на ровном месте, она вывернула поднос прямо на драконида.

Вскрик огневика.

Откуда-то из тени выскользнули два охранника — и на шее Айлы заалел огненный ошейник…

Не чуя ног, я выскочила со своего наблюдательного места и бросилась на защиту невезучей кузины. И сделала еще хуже — нарвалась на странный допрос.

Резкие слова драконида вырвали из воспоминаний, вернув в неприглядную реальность:

— Хотите поклясться душой? Большей глупости я не слышал за всю свою жизнь. Стоять горой за своих подчиненных — делает вам честь, как управляющей, но во всем нужно знать меру.

— Подавальщица не желала вам зла, готова поклясться, чем угодно, — я непреклонно стояла на своем. — И вы это знаете.

Сереброволосый драконид, будто не услышав, продолжил жесткую отповедь:

— Будьте благоразумней, а вы… — Он обернулся к Айле. — А вы впредь смотрите под ноги. Кипяток, вылитый на обычного человека, может его серьезно травмировать.

Он махнул рукой — и магическая петля на ее шее развеялась, а громилы-охранники отступили и вскоре исчезли, как будто их и не было.

— П-простите, высокородный фьер, — прошептала Айла в энный раз и заплакала, щедро орошая скучную серую форму подавальщицы слезами. — Клянусь, я не хотела…

Огневик, из-за которого разразился весь конфликт, наконец, выдернул взгляд из моего декольте и снисходительно добавил:

— С грацией толстобрюха лучше идти замуж, чем в услужение. Если тебя возьмут, конечно.

Красавица Айла залилась краской стыда:

— П-простите, я…

Сереброволосый маг махнул рукой — и обычно неудержимая на язык кузина вмиг закрыла рот.

Зато я не удержалась.

— А вы, сударь, если злитесь на предательницу, не переносите зло на других женщин.

— Что? — обманчиво спокойно переспросил огневик.

И впервые посмотрел мне прямо в глаза.

Боль, гнев, холод смерти таились в его льдистых глазах. И ни капли хмеля. Совершенно осмысленный взгляд. Пристальный. Я словно под лучами земного рентгена оказалась — рыжий маг видел меня насквозь, все мои тайны и прегрешения.

— Если одна девушка совершила подлость, то это не значит, что весь женский род такой, — тихо произнесла я. — Большинство девушек верные, добрые и честные.

Рыжий прищурился.

— С чего вы решили, что я злюсь, — он сделал паузу, — на предательницу?

А и правда, с чего? Придирки к подавальщицам — так себе аргумент, он и стольника пытался развести на эмоции. Плохой день для некоторых — законная причина отыграться на слабых.

Но нет, все-таки нет. Что-то подсказывало: сейчас другой случай. Огневик изливал больше негатива в сторону девушек.

— Интуиция, сударь.

— И она вас подвела, — криво ухмыльнулся рыжий.

Я не собиралась спорить, но ощущала, что права.