Халхин-Гол. Граница на крови

Нам необходимо как можно быстрее уйти подальше от этих проклятых сопок, — сказал капитан.

— За мной! — отдал команду Куроки и быстро пошел к восточным сопкам.

В овраге они сделали привал. Капитан осмотрел местность, которую покинули остатки отряда. Преследования не было, хотя на вершинах восточных сопок он увидел монгольских пограничников."

"— Монголы обследуют местность, по нашим следам никто не идет, — доложил Одзава командиру отряда.

— И что это значит, Эндо? Они имеют прекрасную возможность догнать нас и попытаться взять в плен.

Капитан пожал плечами и сказал:

— Значит, это не входит в их планы.

Нам сейчас следует не ругаться, а обдумать, как доложить о поражении. Полковник Танака спросит строго. Думаю, в лучшем случае отряд расформируют, нас отправят рядовыми в другие подразделения.

— Нет, Эндо, нас расстреляют, если полковник возложит вину за провальный бой на меня и на тебя. А докладывать будем так, как все и было в реальности. Если бы не бронеавтомобили, то мы добили бы заставу, но кто мог предположить, что пограничники получат такую поддержку? Этот вариант не рассматривался при постановке задачи.

— Если командир батальона захочет, то виновного быстро найдет. Да и искать не надо, мы перед ним. Все будет зависеть от Танаки.

Японцы пребывали в подавленном настроении. Разговоры никто не вел, все молчали как на марше, так и на привалах. Пищу не потребляли. Нет настроения, нет и аппетита.

Их встретил пост охранения.

Куроки и Одзава прошли в штаб, где их ждал полковник Итиро Танака. Его реакция на полное поражение отряда оказалась весьма неожиданной для Куроки и Одзавы, уже подумавших о ритуальном самоубийстве. Это благородней, чем расстрел.

Но полковник вел себя спокойно, предложил офицерам присесть за стол, на котором была разложена карта.

Майор Куроки и капитан Одзава сделали это.

Командир отряда взглянул на Танаку и начал:

— Я в полной мере осознаю…

Танака поднял руку.

— Не надо оправдываться. Мне известно, что вы вели неравный бой как истинные самураи и отошли только тогда, когда дальнейшее противостояние утратило всяческий смысл. Я поставил вам задачу захватить плацдарм, но не говорил, какой ценой. Так что успокойтесь. Я вижу ваше нервное состояние.

Вы сделали все, что могли.

Куроки и Одзава облегченно вздохнули, а командир батальона продолжил:

— Наше подразделение понесло большие потери, но выполнило основную задачу. Благодаря героическим действиям личного состава мы вынудили монголов оставить позиции и отойти к реке. Это главное, что должен был достичь батальон в районе боевого применения. Сейчас поступают доклады об отходе всех застав на нашем направлении. Меня беспокоит одно — сколько наших солдат взяли в плен монголы?

Майор поднялся.