Хелл. Обещанная усем любоффф

— Слушай, я тоже злая! — она подняла взгляд с его ног, на гневную физиономию, — верни, откуда взял, поговорим, когда вся эта шайка разбежится!

Его глаза приняли осмысленное выражение, видимо осознал, что они тут не одни, затем деймас слегка побледнев, ледяным тоном произнес:

— Ступай в спальню! Я скоро приду!

Две бессонные ночи, пренеприятнейшая ситуация Ашантин и милое общение с юнитри дало свои плоды — Хелл сорвалась! Рывком поднявшись, она резко подошла к нему, на межмирном зло заговорила:

— Слушай, ТЫ! Либо ты немедленно переносишь меня на мой кораблик, либо я за себя не ручаюсь! Рабыню он нашел! Рабыню среди своих дур искать будешь! Божок недоделанный!

Она, конечно, понимала, что устраивает скандал на глазах у очень высокопоставленных деймасов, но сдерживаться уже было поздно.

— Хелли, — подозрительно нежно произнес Арсианар, — ты доигралась!

Сзади пахнуло озоном, в его глазах появилось фиолетово-розовое свечение. ""Все, — подумала Хелл, — достал окончательно!"" Арсианар, с взбешенными черными, как мгла глазами делает к ней шаг, и Хелл словно повинуясь, отступает, затем резко приседает и наносит удар по его коленям, и дополнительный по стопам.

И совсем уж подлой с ее стороны стала подножка. В портал Арсианар провалился сам, а Хелл грациозно поднялась! Портал закрылся!

Вот теперь она оглядела собрание, чувствуя себя нашкодившим подростком среди взрослых и очень злых дядей и тетей. Где-то наверху что-то загрохотало, и наемница не сдержала коварной улыбки.

— Почему-то я не могу прочитать ее мысли, — на языке деймасов заговорил деймас в темно-фиолетовом костюме.

— Не вы один, Лиотторн, я тоже не могу, — высокий как Арсианар деймас с золотыми волосами, чуть склонив голову на бок, внимательно разглядывал.

 — Лицо кажется очень-очень знакомым… словно я уже видел…

Хелл нагло повернулась к нему и тоже начала нагло и оценивающе на него смотреть, абсолютно не испытывая смущения. Он был не первым, кто играл с ней в гляделки, выше остальных, правда, но от этого страдала только ее шея.

— И смотрит так, — снова заговорил золотоволосый, — словно все понимает…

Хелл вздрогнула, потом ее понесло:

— А я просто любуюсь парадом абсурда, и искренне поражаюсь вашей наглости! Вас вообще не учили, что так рассматривать людей невежливо? — говорила она на языке деймасов, и это явно поразило окружающих сильнее, чем то, что она сказала.

 — Тоже мне, полубоги раниновы!

Повисло гробовое молчание, которое как-то внесло в ее разум понимание того, что и кому она только что тут наговорила.

— А, ладно… — она развернулась в поисках выхода, — все мы неидеальны. Пошла я… убивать некоторых… Или он меня…

Заметив справа нечто похожее на дверь, она направилась туда, а натолкнулась на невидимую стену.