Хелл. Обещанная усем любоффф

 — Я прошу тебя, дай мне надежду… мне так мало осталось!

Наследник дома Азгарт не смог отказать той, которую любил больше родной матери. Не смог, потому что она просила его впервые в жизни, а ее собственная жизнь медленно угасала…

— Филлери из дома Дэр прибудет сегодня? — хрипло спросил Арсианар, уже зная их ответ. — Я подчинюсь твоей просьбе, Миарни, — поклонился матери своего отца, — но это в последний раз.

Он выпрямился, с презрением оглядел не скрывающих ликования родственников. Им он не мог признаться, что давно считывает их мысли и желания. Сколько они готовили это? Два дня беспрестанных рассуждений, совещаний, перешептываний.

Они готовили целый спектакль, но Миарни вопреки всему обратилась к нему с просьбой, зная, что ей он не откажет, понимая, что все остальное он воспримет лишь как фарс. Она знала его лучше всех… Было безумно противно! Но это была ее просьба, он не мог отказать…

— Сиан, — мать его отца сделала шаг к нему, вглядываясь в черные глаза с вертикальными зрачками.

Он не позволил ей подойти, гневно смотрел на ту, перед которой преклонялся:

— Хватит, я выполню твою просьбу! Она ведь сегодня прибудет, так? А теперь уходите! Все!

Арсианар отвернулся, прошел к ригеру, начал просматривать данные, не вникая в символы! Он не хотел думать, что она будет его ждать… не хотел думать, что придется лгать ей… Но понимал, что никогда не расскажет его девочке с серыми глазами об этом… Она так хотела чистых отношений…

«Прости, саити моя, я не мог отказать Миарни в ее последней просьбе… Прости…»

— Он понимал — нужно сказать ей, что не придет… Судорожно вздохнув, потянулся к своей девочке, чтобы впервые ей солгать.

— И девочки с цветами… вперед! — Хелл командовала парадом, искренне наслаждаясь моментом.

Шесть прелестных ангелочков, в белых платьях с крылышками и с нимбами на светлых головках вышагивали перед императором и императрицей, посыпая белоснежными лепестками дорожку, выстеленную красным с позолотой ковром. Это была ожившая сказка, и слушая синхронный восхищенный вздох приглашенных, она мысленно поздравила себя и поблагодарила малышек, с которыми это все отрабатывалось полгода. У второй слева накануне выпал зубик, но Хелл не разрешила ее заменять и теперь девочка умиляла всех щербатой улыбкой.

«И ангелы тоже зубы теряют, — с улыбкой подумала наемница, глядя как репортеры фотографируют малышку крупным планом.»

— Тайрон, улыбайся! — вслед за ее словами, улыбка императора становится запредельной, вызывая еще один восхищенный вздох, теперь Ашантин завидовала вся женская половина как приглашенных, так и зрителей, которые в режиме реального времени смотрели церемонию на олрах.

— И священник! — подсказала наемница.