Хелл. Обещанная усем любоффф

Отвернувшись Хелл приструнила разбушевавшийся желудок, слабым, срывающимся голосом тихо попросила:

— Пожалуйста… пожалуйста, перенести меня на Три Мира… Только не подходи ко мне… никогда больше не подходи…

Арсианар стоял ошеломленный, уничтоженный ее эмоциями. В голове тысячей молотков стучали ее слова «Меня от тебя тошнит, Сиан!». И ее чувства, ее ощущение тошноты, когда он схватил ее за руки. Он был ей противен! Он был ей противен до тошноты!

— Хелли… я не смогу без тебя… Хелли… — он почти простонал, уже понимая, что ничего не вернуть.

— Пожалуйста… отпусти… — она не могла больше ни о чем другом думать, только бы не видеть его, не чувствовать на нем запаха другой женщины.

Она чувствовала себя уничтоженной, и ее тошнило от него, от себя, от того что она настолько глупа, что поверила полубогу. — Прошу тебя… пожалуйста…

Он открыл переход, и она подняла голову, лишь ощутив такой свежий запах озона.

— Хелли…

Хелл не ответила. Не глядя на него, вступила в Путь, а вышла уже на песках Трех миров.

Арсианар закрыл переход, развернулся и медленно, шатаясь как пьяный, пошел по коридору. Он не смотрел куда идет, не слышал криков своей матери, не слышал чужих мыслей, он ничего не хотел слышать. В этот момент хотелось умереть, потому что боль в груди казалась невыносимой. А в ушах все звучали и звучали ее слова: «Меня от тебя тошнит, Сиан!». Он понял, что больше никогда она не будет смотреть на него с нежностью… Все кончено… он ей противен…

Хелл шла по пескам Трех Миров, по краю силового полога, потом не выдержала, упала на колени и горько расплакалась, обнимая плечи руками.

Хотелось просто умереть, чтобы не чувствовать этой страшной боли, чтобы не видеть перед глазами картинку, где на постели лежит обнаженная женщина, которую он только что ласкал…

— Мама, — она и сама не поняла, почему сквозь слезы звала самого родного человека, — Мамаааа, почему так больно… Мамочка…

Хелл рыдала, не замечая никого и ничего, не видя нескольких пьяных наемников, которые сначала шли за ней, а сейчас стояли в стороне, и пьяными голосами спорили, кому она достанется первому.

.

— Стилет, — Ксиай вскочил, — посмотри, где Хелл.

— Ооо, даркианский император умеет просить! — Стилет был в стельку пьян.

— Дай браслет, — Ксиай рванулся к нему, но даже пьяный Стилет все же был наемником Третьего Круга, потому сумел увернуться.

— Катись к демонам, Ксиай! Тебе место среди них — заорал наемник.