Хениц. Книга I (СИ)

— Не твоё рицерово дело, малявка. Верните его и у вас всё будет хорошо.

Уроженка Леттеля невозмутимо уточнила.

— А если нет?

Второкурсник открыл рот, чтобы ответить. Но тут из корпуса его товарища, что ждал около самого прохода, вырвались обугленные пальцы. Как раз на том самом месте, где должно было быть его сердце.

Я повёл в сторону стволом револьвера, а одержимый пнул тело, отправляя его в полёт. Прямо на Лотта, который буквально рухнул на пол, в обнимку с трупом.

Палец вжал спусковой крючок и под сводами пещеры прокатился выстрел. Мимо — почерневший демон уже бросился вперёд. Второкурсник успел развернуться, но видимо он и правда никогда не сталкивался с мёртвыми душами. Вместо того, чтобы ударить любой связкой, которая могла бы оттолкнуть противника, студент выставил ещё один щит. А одержимый спокойно прошёл сквозь него и обхватив его голову руками, сдавил её."

"Череп лопнул, как перезрелый орех, щедро забрызгав своим содержимым всё вокруг. В этот раз мы с Фостом выстрелили одновременно. И оба попали — моя пуля ударила в бок цели, а жандарм угодил в корпус. Но одержимому, который только что сожрал силу двух магов, было плевать на рунические боеприпасы.

Смазанный рывок в сторону. Крик Пайотт. Отлетевшая в сторону тяжелая книга. Мгновение и перед моими глазами оказалась девушка, фактически прибитая к каменной стене длинным ножом. А рядом стоял стремительно меняющийся одержимый.

Глава XVII

Я выстрелил ещё раз. И сконцентрировавшись, ударил айваном. Сейчас для этого даже не нужно было напрягаться. Но рицеров ублюдок лишь скривился от боли, чуть отступив к стене. А когда в его висок вонзился метательный нож Лотта, вовсе молнией бросился к одному из выходов.

Выстрел. Пуля ударила в спину, но позвоночник я точно не зацепил — одержимый продолжил мчаться вперёд. Лауна и Фост тоже просто всадили свинец в плоть, не повредив ключевые компоненты скелета.

Держа проход в поле зрения, я отбросил в сторону барабан револьвера и выкинул пустые гильзы. Вернул оружие в боевое состояние. И только потом услышал голос Довано.

— Да помогите же! Она умирает!

Уши заложило от грохота выстрелов — слова девушка с трудом пробивались через ватную пелену, что отрезала мой слух от всего остального мира.

Рванувшись вперёд, хватаю её за плечо, отдёргиваю от Синры, которая с удивлением рассматривает торчащий из своего живота нож. Развернув Лауну лицом к себе, рявкаю.

— Вытащишь нож и она умрёт! Его нельзя трогать!

Судя по выражению лица, она услышала. Хорошо. Я развернулся к Синре.

— Держись. Постарайся не двигаться. Мы прикончим одержимого и выберемся отсюда. А там уже будут целители.

Та подняла на меня наполненные болью глаза и едва заметным движением головы обозначила кивок.