Хеппи-энд для Дездемоны

Я затаила дыхание, а Вера с абсолютно спокойным лицом говорила страшные вещи."

"Вера побоялась нанять киллера, решила обойтись собственными силами. Как я и предполагала, Галина сначала вызвала под благовидным предлогом из номера любовника Терешкиной и напугала парня якобы предстоящим приездом налоговиков. Молодой человек убежал, и тогда в номер вошла Вера, прихватившая с собой молоток из отцовских инструментов с ручкой, на которой написана его фамилия. Убив Нику, девушка испытала приступ ярости. Лютая ненависть к матери, всю жизнь обманывавшей дочь, имевшей много денег, но не желавшей потратить хоть копейку на ребенка, затуманила мозг, и Вера стала молотить уже бездыханное тело.

– Медик, производивший вскрытие Терешкиной, - зашептал параллельно с рассказом Веры Олег, - предположил, что убийца имел тесный контакт с покойной. Так и сказал: «Ребята, ищите в семье».

– Но почему? - изумилась я.

– Чистая психология. Наемный киллер не испытывает ненависти к жертве, он просто выполняет работу и получает за нее деньги. Другой вопрос, что профессионала трудно поймать, любитель же быстро оказывается за решеткой. А в случае с Терешкиной все указывало на немотивированную ярость - Ника уже была мертва, а молоток все опускался на лицо несчастной. Значит, поработал кто-то, сильно ненавидевший Нику. Убийца явно имел к жертве личный счет.

– Понятно, - прошептала я.

– Слышишь? - толкнул меня Куприн. - Она рассказывает про Ларсика!

– Я ненавидела его! - с горящими глазами вещала Вера. - Он был матери дороже всех! Меня она вечно из спальни выгоняла, а Ларсика держала на тумбочке. Она его гладила! Целовала! Называла любимым!

– Вы ревновали мать к плюшевому тигренку? - удивился Виктор.

– Сволочной звереныш! - стукнула ладонью по столу Вера. - Я хотела его убить. Вернувшись из «Оноре» домой, я пошла в спальню к матери - посмотреть, как там все для себя устроить, - и увидела его. Он сидел, улыбался!

– Игрушка смеялась? - с сомнением поинтересовался Виктор.

– Да! - завизжала Вера. - Рожи корчила… Я ее ножницами… Как следует! Все, кончилось время Ларсика! Я швырнула его в бачок для грязного белья… А потом… ну… потом…

– Пришли в себя и поняли, что кто-нибудь может спросить про талисман Ники, - продолжил за нее Виктор. - Вы его спрятали, постарались починить, но не получилось. И тогда вы вдруг сообразили: пусть Ларсик станет еще одним свидетельством вспышки ярости Василия. Можно же сказать, что на игрушку, потеряв от злости разум, налетел отец, изуродовал ее, а вы нашли останки тигренка на полу и в память о маме реставрировали.

– Именно так она и поступила, - зашептала я. - Выдала нам с Майей эту версию, а еще в тот день много грязи вылила на родителей.