Хирург Коновалов

Во рту Вадима ложка, глаза прикрыты, на лице – демонстративное наслаждение вкусом.

И я зависаю на этом фото. Разглядываю роскошные плечи, красивущие руки с чуть выступающими венами, прикрытые глаза, ложку, зажатую мужскими губами. Вот это вот все еще час назад было мое.

И на эту тему надо обязательно порефлексировать. Решительно гашу экран и иду в ванную.

Уже лежа в ароматной пене и аккуратно, по ниточке разматывая сегодняшний вечер, вдруг понимаю такую удивительную вещь, что даже открываю глаза. Я же бритый пах так и не рассмотрела! Да я вообще, если честно, мало что рассмотрела. Не до того было. Меня так накрыло ощущениями, что я вообще ничего не видела. Зато чувствовала!

Это вообще был лучший секс в моей жизни. Я даже не знала, что секс бывает такой. Это Вадим такой умелец? Или?..

Вот вообще – какого черта?! Я сердито плюхаю ногой, взбивая пену. Какого черта вот это все было: «Моя любимая коленно-локтевая», «В губы сразу не целуюсь», «Куни только за хорошее поведение». Про все соврал, не только про шесть дюймов! Целуется умопомрачительно, взял в традиционно миссионерской, куни… У меня вспыхивают щеки. Если уж он так пальцами умеет, то… Ой, нет, лучше не фантазировать! Резко протянув руку, я включаю холодную воду. Так, мне надо срочно остыть.

И все-таки, уже перед сном, я никак не могу изгнать из головы мысль, что бритый пах я обязана увидеть вживую. Разглядеть. Может, этой мой единственный шанс.

Господи, какая же чушь лезет в голову…

***

– Ну, рассказывай, – Алька крутит в бокале с аперолем соломинку. – Как там на новом месте работы?"

"– Хорошо, – искренне отвечаю я. Ну ведь и правда, все хорошо. От самой главной головной боли я избавилась. Вся эта история с Кузнецовым вообще теперь кажется мне достаточно малозначимой. Не могу понять, чего я так рыдала из-за этого говнюка. Ну, подумаешь, гадостей наговорил. Это не про меня, это человек из себя иного исторгнуть не может. Теперь мне это очевидно. Как, однако, за выходные я голову качественно пересобрала. Или мне ее пересобрали.

– А вид такой загадочный, – деловито щелкает зажигалкой Римма, прикуривая. Я вспоминаю слова Вадима про «закурить» и умоляю щеки не краснеть. – Давай, давай, мы желаем грязных подробностей. Как оно работается под началом гинеколога? Не пристает ли?

Алька фыркает, а я неожиданно выкладываю подругам все подробности истории с Кузнецовым. Вот вообще все. Молчу только о том, как рыдала на груди у Коновалова.

– Мудак, – резюмирует лаконично, в своем стиле Римма.

– Теперь понятно, почему они хотели женщину на эту должность. С такими мужиками… – бормочет Альбина. – Извини, подруга. Не знала, что подложила тебе такую свинью.

– Да ты что, все нормально! Я на самом деле тебе очень благодарна. Классное место работы. Спасибо, Аль.