Хэриб. Чужестранка для шейха

Вопросов ни я, ни она не задавали. Она из-за воспитания и понимания своей роли, а я от переизбытка чувств словно окаменела.

Подбросив сына ещё раз, Нафиз поставил его на землю.

– Верховный эмир завтра почтит своим присутствием нас. Приготовьтесь, – сказал он, а потом ушёл внутрь дворца.

Рамира вздрогнула. Она выглядела озадаченно, даже встревоженно.

– Кто такой верховный эмир? – спросила я.

– Президент, – ответила она. – Пойдём, нам нужно срочно всё сделать.

Вряд ли я осознавала всю честь, которая должна быть оказана визитом Президента Эмиратов дому шейха Абади аль-Айад, но понимала, что событие это знаковое.

Словно по взмаху волшебной палочки в лёгкой руке Рамиры, во дворце закипела активная деятельность. Прислужницы и прислужники рассыпались по дворцу с вёдрами и тряпками, натирая и без того идеальной чистоты полы и стены. Были заменены занавески, по оконным нишам разложены живые цветы, проверено каждое сопло фонтанов.

Рамира обсуждала с кухонной работницей, какое угощения будут приготовлены на завтра, какие напитки предложат гостям. Я же чувствовала себя лишней. Не понимала, что нужно делать, поэтому в основном провела весь день с сыном.

А ночью долго ждала. Мне хотелось задать десятки вопросов: где он был, что случилось. А ведь случилось же, я не слепая. В груди тревожно ныло, хотя Нафиз и вернулся, ощущение опасности будоражило, заставляя противные мурашки выступать на коже. В итоге у меня разболелась голова, и я уснула. А Нафиз ко мне так и не пришёл.

Утром Тамира разбудила меня рано и сказала, что мне нужно привести себя в порядок к встрече Президента."

"Через два часа весь дворец торжественно встречал Верховного эмира, выстроившись по струнке во дворе. Я, Рамира и Петя тоже стояли рядом с Нафизом. Точнее, немного за ним. Открытыми у меня и Рамиры были только лица, всё остальное было скрыто под просторными тёмными абайями с золотой оторочкой.

Через некоторое время ожидания ворота распахнулись, и во двор въехали несколько белых внедорожников и низкий спортивный красный автомобиль, из которого и вышел, как я поняла, Президент.

Это был невысокий араб лет пятидесяти, одетый в традиционную золотого цвета кандуру. Белая куфия покрывала его голову, на глазах солнцезащитные очки.

Он подошёл к встречающему его Нафизу и первым протянул руку.

– Ассаламу алейкум, – сказал громко, а после ответа Нафиза, они пожали руки и обнялись.

Мужчины приветствовали друг друга очень тепло, улыбались, но меня не покидало ощущение, что долгое отсутствие Нафиза и его потрёпанный вид вчера, свидетельствующие о том, что что-то случилось, и приезд Верховного эмира – связаны.