Хильдегарда. Ведунья севера (СИ)

Например, если я, лежа на кровати, захотела пить, а вода находится на столе, то мне проще встать, подойти к столу, взять стакан и утолить жажду, чем прибегать к магии.

В принципе, убедить себя в том, что на мир можно воздействовать без промежуточных действий, – реально. Сила – она вообще способна на многое, все дело лишь в том, что человек сам ограничивает себя, сдерживая ее. Естественно, делает он это неосознанно. Наоборот, любая ведунья хотела бы убрать этот заслон, но сделать это, как я уже объяснила, крайне сложно."

"Однако иногда бывают всплески силы, и ведунья воздействует на мир, не отдавая себе отчета. Если говорить проще – то вчера я на короткий миг, когда Тор бросал письма в печь, подумала, что не хочу, чтобы они сгорели. Причем тут парализованная на миг Хельга? Видимо, я хотела уберечь письма от любого воздействия и сила окружила их каким-то барьером. Хельгу магия восприняла как угрозу и обездвижила.

Это единственное объяснение.

В таком случае даже понятны слезы Хельги. Воздействие силы может быть крайне пугающим.

Подхватив стопку, я ощутила легкую щекотку в пальцах, которая только еще больше убедила меня, что все дело в моей собственной магии и в спонтанном, неосознанном желании сохранить письма.

Мысль о том, что моя магия может быть крайне опасна, я постаралась затолкать как можно дальше. Надо будет потом поговорить с Рагной. На этой мысли расстроенно вздохнула. Судя по всему, жить старой колдунье осталось очень мало.

Присев рядом со шмыгающей носом Хельгой, я взяла первое письмо и раскрыла его, углубляясь в чтение.

Поток комплиментов был настолько полноводным, что я едва продиралась через него, чтобы уловить смысл послания. На первый взгляд казалось, что молодой человек крайне восхищается Хильдегардой, вознося ее внешность и душевные качества. Правда, я бы на месте прежней хозяйки этого тела засомневалась в искренности воздыхателя. Все эти восхваления лично меня больше отпугивали и настораживали.

Но вскоре я поняла, что не все так просто с этим письмом. За кружевом бесконечных комплиментов угадывался четкий посыл – встретимся сегодня в полночь около места, о котором ты знаешь.

– Хельга, – позвала я служанку, которая уже перестала даже думать о том, чтобы плакать: она с любопытством читала вместе со мной, стараясь сделать вид, что совсем не смотрит. – Ты не замечала за мной странностей, когда я училась в Кёльбейне?

Хельга задумалась.

– Да нет… – начала она с уверенностью в голосе, но сразу оборвала себя и лишь спустя пару минут снова заговорила, выглядя при этом крайне удивленной: – А знаете, странности и в самом деле были, но я почему-то совсем не обращала на них внимания.