Хильдегарда. Ведунья севера (СИ)

В груди как-то странно екнуло, но ощущение было столь мимолетно, что я о нем практически сразу забыла.

– Да что с тобой? – спросила я Хельгу. Не спорю, я и сама была крайне напугана происходящим, все-таки ничего подобного со мной ранее не случалось. Именно поэтому я даже примерно не представляла, что мне делать, что чувствовать и вообще думать. – Мне казалось, ты привычна к такому, нет?

Хельга подняла на меня остановившийся взгляд и покачала головой.

– Настоящую схватку я вижу впервые. Я…

Все понятно. Одно дело знать, что твой любимый постоянно подвергает свою жизнь опасности, другое –видеть сражение столь близко. Я и сама слегка переживала за Тора, хотя на данный момент меня волновало кое-что иное."

"– Идем, – снова взяв ее за руку, потянула в сторону зала, в котором воины в прошлый раз отмечали свою «победу». Странное дело, я нервничала и почти не думала, куда иду, но дорогу нашла так, словно всю жизнь прожила в этом замке. Усадив Хельгу на лавку, положила руки ей на плечи и глубоко вдохнула холодный, пропитанный не слишком приятными запахами воздух. – Что могло произойти? Мы ведь видели, как упал штандарт. Да и я заметила его на земле. Неужели люди Глауда решили отомстить за смерть своего ярла?

– Может быть, – Хельга пожала плечами, отчего я рефлекторно сжала их чуть сильнее, неосознанно пытаясь поддержать ее. – Обычно это не принято, – убитым голосом сказала она, попытавшись встать, но я надавила на ее плечи, не давая подняться.

– Успокойся. Твой муж не выглядит слабым воином, ты должна верить в него, Хельга, – произнесла я, напряженно выдыхая. Стараясь хоть чем-то занять мысли и перестать вслушиваться в звуки, я принялась оглядываться. С прошлого раза почти ничего не изменилось, кроме того, что на столах не было ни еды, ни посуды, да и люди под лавками тоже уже не лежали.

«Зато некоторые сегодня так и останутся лежать на земле, – мелькнула мысль, заставив меня прикрыть глаза. – Глупости, никто не оставит их лежать там».

– Не принято? – спросила, решив отвлечь разговором Хельгу, да и себя, впрочем, тоже. Иначе перед глазами так и вспыхивают алые пятна на снегу, которые то и дело затаптывают сапогами воины. – Почему?

Хельга молчала пару минут. Я даже подумала, что она не станет отвечать. И я ее в этом не винила. Боюсь, тоже не смогла бы сейчас вспомнить ни о чем, если бы меня спросили. Мысли то и дело сами переключались на происходящее снаружи.

– У воинов вольницы, – тихо заговорила Хельга, понуро опустив плечи и слегка сгорбившись, – много правил. Все они неписаны, но люди оценивают воина по тому, как он ведет себя, как соблюдает эти законы. Многие предпочтут умереть, чем запятнать свою честь и достоинство. Трусость, подлость, лживость здесь не в чести.

– И что, не бывает таких воинов? – спросила удивленно.