Хильдегарда. Ведунья севера (СИ)

Когда отец через несколько месяцев все понял, то вернуться назад немедленно было невозможно. Отец всю жизнь винил себя в том, что не заметил раньше, не доглядел, не поверил, но было поздно. Мать умерла родами, а на свет появился я.

Тор замолчал, а я подумала, что это вполне объясняет слухи о том, будто прошлый ярл просто привез откуда-то Тора и представил как своего сына. Он действительно его привез, так как Тор был рожден вне замка. Было там что-то еще. Кажется, про непохожесть.

– И на кого ты похож? – спросила, решив развеять еще один слух.

– На мать, – ответил Тор. – Отец часто это повторял. Он был низкого роста, худощавый, гибкий, но сильный при этом, хлесткий, беспощадный. Он умер недавно. Стар был весьма.

– Мне жаль, – прошептала, ощущая себя неловко.

– Не стоит, – Тор чуть шевельнулся, повернул голову ко мне и поцеловал в макушку. – Он был хорошим воином, так что милосердный Аш найдет для него занятие в мертвом мире.

– А предатели? Были?

– Были. Когда ярл уходит в поход, часть воинов он оставляет в замке для защиты. Ведь враги могут быть не только на севере. Среди таких воинов, оставленных в замке отцом, был человек, считавший, что Одельгар должен принадлежать ему.

– Почему? – уточнила я.

Тор слегка пошевелил рукой, укладывая ее более удобно, а потом и вовсе повернулся боком, лицом ко мне.

– Многие ярлы слишком беспечны в любовных утехах. Большинство бастардов не претендуют на наследство после смерти ярла, но не все такие. Некоторые, особенно появившиеся на свет до рождения официального наследника, верят, что имеют полное право на замок и земли своего отца. Ярлы это понимают.

– Но зачем тогда они плодят бастардов? – удивилась я, пытаясь понять логику подобных поступков.

– Официальные наследники не всегда доживают до того момента, когда у них самих появляются дети. Конечно, ярлы берегут своих детей, но наш мир суров, и от всего не защитишь. Бывали случаи, когда не оставалось никого, ни жены, ни детей, а сам ярл был уже стар для повторной женитьбы. Тогда и пригождались бастарды. Он выбирал самого достойного и делал его наследником.

– Как по мне, это не слишком удачная мысль.

– Думаешь? – спросил Тор. – Почему?

– Потому что причиной того, что «не осталось никого», вполне мог оказаться кто-то из этих бастардов. Так что там с предателем? Он был бастардом твоего отца?

– Нет, – Тор хмыкнул. – Он был сыном моего деда.

– Твоим дядей?

– Верно. Мой отец знал об их родстве. У них были, по словам отца, вполне дружеские отношения. Отец выделял его, показывая свое расположение. Но Кьеллу этого было мало – он желал титул, замок и земли. Отец убил его, когда вернулся. И всех, кто встал рядом с Кьеллом.