Хищная планета

— Или ты видишь здесь, какое другое дерево? Покажи! С удовольствием воспользуюсь. Тем более, у меня подозрение, что и его не хватит, чтобы жилистое мясо хорошо прожарилось. Хотя это, наверное, больше ящер, чем птица? Расскажи, как ты умудрилась пожелать именно его, а не животное или птицу из в настоящее время существующих?

Ставрос ловко расколол столик на несколько частей и поджег его. Пламя жадно охватило сухую древесину, пахнув в лицо приятным теплом и непередаваемым ароматом горящей древесины. Из-за света костра, подступающая со всех сторон темнота, стала еще плотнее, и я невольно вздрогнула, вдруг подумав, что из темноты могут подкрасться невидимые хищники, но, бросив взгляд на тушку археоптерикса, опомнилась. Около этого странного, энергетически активного места только не хватало думать о каких-то чудовищах. По телу побежали противные мурашки, вызванные страхом, и я постаралась думать о чем-то приятном, чтобы не вызвать ненароком кого покрупнее.

Страж нанизал на огромную вилку, наверняка заимствованную с кухни одного из шаттлов, нашего «петуха» и, устроившись у костра, принялся поджаривать дичь.

— Ну, расскажи, как так получилось, что ты именно его сумела пожелать?

— Это вышло совершенно случайно! Мы тогда шли с мешками вещей, у которых не работала антигравитация. Ну, я и подумала, что когда-то люди всё делали сами, своими руками, особенно те, которые жили еще во времена динозавров, птеродактилей и археоптериксов.

Ставрос покачал головой.

— Ну, надеюсь, остальных ты не очень четко представляла. Хотя, знаешь, странно это. Ты же просто шла по металлу, но не садилась на землю на колени, не прикладывала ладони к земле и не пыталась четко представить этого «петуха». Ведь так?

— Да, просто думала, как всегда. Мысли быстро проносились в голове, — с готовностью подтвердила я.

А отсюда следует вопрос: почему у тебя так легко получилось материализовать всего лишь случайную мысль?

— Может, эта огромная яма усиливает сигналы мозга?

Мужчина удивленно приподнял бровь и покачал головой.

— Знаешь, а ведь это единственное разумное объяснение, какое приходит в голову! Возможно, что-то на дне этого провала действительно усиливает мозговой сигнал. А еще что-то там действует, словно магнит, притягивая к себе корабли.

Я фыркнула.

— А ты так не считаешь? — в темноте глаза Ставроса казались темными омутами, и я невольно поежилась под его пристальным взглядом.

— Нет, я не думаю, что это магнит. На нас тоже полно всего металлического. Иначе бы нас, как букашек, притянуло еще там, когда мы лазили по куче металла.

— Приятно иметь дело с умной женщиной! — хмыкнул страж, и я не поняла, серьезно он это сказал или так надо мной подшутил.

— Лерой, замени-ка меня, покрути немного эту птичку, а я пока нам палатку поставлю.