Хмель свободы

Бачишь, як вин до неи посватався! В хозяйственну роту! Подштаники стирать!

– И все равно, женыть треба!

– Та як йому найты подходящу?

– Заспокоиться батько – росскажу йому про ту вчительку, шо я вже россказував… Шо розумна, шо красыва! – вступил в разговор Тимош Лашкевич. – Спивать йому про неи буду, як бандурист. Уговорю!

В штабе сидели Нестор, Черныш и еще несколько его командиров. Алёшка Чубенко с появлением Черныша был переведен на боевую работу, принял пехотный полк, пока еще в количестве, положенном роте. Это его только обрадовало, и на Черныша он смотрел как на избавителя.

Все ждали, что скажет вернувшийся из Екатеринослава Трохим Бойко.

– Докладай, Трохим! Может, хоть ты чем порадуешь?

– Та шо докладать? Днив пять ждав, пока цей Дыбенко мене прийме. Сперва його жинка мене обглядела. Хороша барынька, не з простых. Сама просто пава! В кожаному, при револьвери. Кажуть, така большевичка, шо дали никуда. Так от, сперва вона про все роспытала. Те, шо й не хотив, рассказав. А потом, через сутки, и сам Дыбенко мене прийняв. Цей – простый, наче з нашого села. Договорылись, шо днив через трое вин нанесе нам визит. Каже, багато чув я про Нестора Махно, охота самолично з ным познакомыться, а може, й потоваришувать…

Нестор и Черныш удовлетворенно переглянулись.

– Дыбенко так и сказав: мол, в гости чи не в гости, а бойовый путь моей славной Заднепровской дивизии лежить через ваше Гуляйполе, – продолжил Бойко. – Так шо в любом случае заявлюсь з инспекцией.

– Надо, конечно, подготовиться для встречи этого Дыбенка, – сказал Нестор. – Шоб все было четко. Не только на параде. Это – само собой. А ну, если ему захочется наши службы проверить… Шо там у нас со службами, Виктор? – обратился он к Чернышу."

"– Служба связи налажена. Кляйн занимается… Снабжение, и боевое и продовольственное, у Лашкевича. За разведку и контрразведку временно отвечае Садираджи. Мой хлопец, доверяю ему как себе. А вот с агитпропом – тут похуже. Грамотный человек нужен, политически подкованный. С учителем по музыке беседовал, с Безвуляком – не потянет.

Почувствовав подходящий момент, поднялся Тимош Лашкевич:

– Есть у меня на примете одна вчителька. В Добровеличковке. В школе не только арифметике дитей уче, но и про анархическу науку лекции читае. Може, Нестор Иванович, знайшов бы время, побалакав бы з нею? Дуже, на мий взгляд, подходяща кандидатура. Анархизм цей як «Отче наш» знае. И так – все при ней.

– Красива, хочешь сказать? – поднял глаза на Лашкевича Нестор.

– Не то слово!

После совещания, когда все вышли на солнышко, Каретников спросил у Лашкевича:

– Ты кого в агитпроп батьку советуешь? Опять цю… Галку Кузьменко?

– А шо? Красыва. Строга. Учёна, як все равно прохвессор. Дитей в школу пид черным прапором водит.