Хмель свободы

Привыкать надо, что ли?»

Наконец, когда понял, что разговор окончен, Нестор решительно встал. Вспомнив, сказал:

– А я ведь до вас насчет ордера на комнату пришел."

"– Это сейчас устроим. – Свердлов снова взялся за телефонную трубку: – Мне товарища Северина… И когда?.. – Положив трубку, Свердлов сказал: – Вот ведь незадача. У нас ордерами на квартиры ведает товарищ Северин. А он уехал по делам и будет только завтра… Потерпите до завтра?

– Потерплю, шо ж остается..

Свердлов протянул Нестору руку:

– Значит, до завтра. И уж, пожалуйста, не опаздывайте! Владимир Ильич этого не любит. Да и время его – на вес золота.

– Это я понимаю. Чего ж… – Махно еще раз мельком взглянул на карту, – Россия он яка, одному на своих плечах не удержать. Сообща надо. Чого ж не понять…

В Союзе идейной пропаганды анархизма Шомпер приготовил для своего гостя угощение. На столе, где скатертью служили листы все той же «Анархии», стояли две миски с какой-то жижей, блюдца с кусками слипшейся пшенной каши и лежали два кусочка серого хлеба.

– Вот, паек дали! – довольный собой, потирал руки Шомпер. – Нас, мирных анархистов, считают пока социально полноценными… Н-да! Суп из воблы – последнее кулинарное достижение. Малаховец бы не додумалась. А москвичи изобрели… Конечно, это не обед в Бутырке, но все же…

Из битой эмалированной кастрюльки он полил на руки Махно прямо над дырой в прогнившем полу старого барака.

– Вижу, в Кремле побывал! Улыбаешься! – сказал Шомпер, подавая Нестору обмылок. – А то ходил мрачнее тучи!.. Ордер-то дали? В «Лоскутку» или на Божедомку?

Махно выпрямился:

– Завтра.

– Так ты без ордера? Значит, опять будешь здесь ночевать? – откровенно огорчился Шомпер. – Да что ж ты там делал, в Кремле?

– Со Свердловым встречался…

– Со Свердловым?

Махно вытер руки «Анархией».

Сели за стол. Нестор молча поглощал супчик, символ новой эпохи. Похоже, вкус его совсем не интересовал. Шомпер же, полный любопытства, ждал. Окончив работать ложкой, он барабанил пальцами по столу.

– Там ще с одним познакомился, – как бы сам себе сказал Нестор. – А кто это был, постеснялся спросить. Но явно важный туз.

– Какой он из себя?

– Маленький такой, бородка клинышком, быстренький, лысоватенький, все чаек попивал… Сильно вежливый, просто душа человек.

– Так, может, ты это… Ленина встретил? – ахнул Шомпер.

– Не. Но, видать, тоже большой у них начальник. Свердлову говорит «Яша», а тот ему «Коля».

– Так это ж Бухарушка! – догадался Шомпер.

– Шо за Бухарушка?

– Бухарин. Николай Иванович. Первый после Ленина у них в партии теоретик. Ну, так считается… Хотя, по правде, малообразован и туповат!

– Ну не, – возразил Махно. – Обходительный такой. Похоже, много знает. Может, даже заграничные языки одолел.

– Языки-то он одолел.