Развод. Дракон, мы (не) твои

В котелке уже закипает вода. Тётушка заваривает травяной чай, а затем разогревает лепёшки. Кухня моментально наполняется запахом мяты и свежего хлеба.

В памяти всплывают мои детские воспоминания, как бабуля пекла хлеб. Жила она тогда в селе на окраине Костромской области. Родилась я тоже там, а когда родители перебрались в город, меня отправляли в деревню на каникулы. Как давно это было, кажется, целую вечность назад.

— На вот угощайся! — тётушка Ингрид почти не глядя достаёт банку из шкафчика, висящего слева от печи, и ставит её на стол.

Банка до краёв наполнена ягодным вареньем. Тётушка обильно намазывает лепёшку, после чего передаёт её мне.

— Спасибо, — с благодарностью киваю я.

Варенье оказалось в меру сладким. По вкусу оно напоминало чернику, а по консистенции было густым, почти как желе. Когда все лепёшки были съедены, я, наконец, решилась задать вопрос.

— Скажи, тётушка, как давно Катрина уехала в лазарет?"

"В памяти Мии девушка ещё жила с родителями в доме, где сейчас находилась я.

— Два года уж прошло. Как выяснилось, что наш Митро пропал, так и укатила, — вздыхает тётушка Ингрид, — Даже я не смогла её отговорить.

— Может быть, и мне туда податься? — с надеждой спрашиваю я.

— Больно уж там опасно. Рядом проходит граница, за которой тёмных тварей не счесть, — причитает она, — Говорят, кто из наших служивых бывал за границей, назад так и не вернулись. Нашли только одного, да и тот умом тронулся. Катрина рассказывала, когда приезжала. А ещё просила её не навещать. Сказала, что сама дважды в год будет к нам приезжать.

— А когда в последний раз приезжала? — интересуюсь я.

— Месяца три назад, — отвечает тётушка и поясняет, — Рина — кормилица наша. В поселении толком работы нет. Олаф сейчас у кузнеца в подмастерьях. Слава Двуликой, что военному ремеслу не обучен, не требуют его на границу. Да у кузнеца сейчас заказов не счесть, но платят совсем немного, на пятерых все делят.

По всему выходит, что мне с моим образованием фармацевта нужно отправиться в лазарет. Надеюсь, Рейнольду не придёт в голову искать меня там. Хотя с чего я взяла, что он станет меня искать? Судя по поведению, он был только рад нашему разводу.

Собиралась узнать, где находится лазарет, но не успела, потому что в дверь постучали.

— Матушка, всё ли в порядке? — раздаётся мужской голос, стоило Ингрид открыть дверь, — София беспокоилась и отправила меня проверить.

— Олаф, сынок, заходи. Глянь, кто к нам приехал, — тётушка делает два шага назад, пропуская в дом широкоплечего парня двадцати лет.

Олаф, любимый сын Ингрид и Митро, всего на год младше нас с Катриной.

— Мия? — он проходит в дом и сразу замечает мой чемодан, — Неужели муж выгнал тебя?

— Рейнольд нашёл вторую жену, — вздыхаю я, — И развёлся со мной.

На душе словно кошки скребут.