Развод. Дракон, мы (не) твои

— Чей это ребёнок, Мия? — спрашивает Рейнольд после того, как малыш возвращается к себе в комнату.

Правду говорить нельзя ни в коем случае, иначе дракон не оставит нас в покое. Но и лгать тоже нельзя, ведь он может почувствовать ложь.

Что же делать?

Почему он появился именно сейчас?

Сейчас, когда у нас с малышом началась нормальная жизнь. Мой контракт завершён. На границе пока затишье. Даже если я снова обращусь в лазарет, меня могут не взять. В мирное время там достаточно сотрудников.

Рейнольд сверлит меня суровым взглядом в ожидании ответа. Подумать не могла, что он найдёт нас в этой далёкой деревеньке. Как бы то ни было, сейчас мне нужно выпроводить его любым способом. Придётся как-то выкручиваться.

— Это мой малыш, — стараюсь сделать так, чтобы мой голос звучал уверенно. И в то же время чувствую, как у меня трясутся руки.

Конор ещё совсем кроха. Однако если бывший муж сопоставит его примерный возраст с датой нашего развода, то он всё поймёт и заберёт у меня малыша.

— Не прикидывайся, Мия! — Рейнольд начинает терять терпение, — Ты прекрасно поняла вопрос! Теперь ответь мне, наконец, кто отец ребёнка? — в его голосе звучит металл, а в глазах появляются недобрые огоньки.

Неужели он ревнует? Ведь прошло целых три года. Метки истинности давно нет, но какая-то неведомая сила всё равно притягивает нас друг к другу.

— Мы разведены. Теперь это уже не имеет никакого значения, — сухо отвечаю я.

Искренне надеюсь, что Рейнольд не станет наводить справки обо мне и Коноре. Если он поймёт, где я была всё это время, то для него не составит труда узнать и дату рождения ребёнка. Пусть никто в лазарете не видел отца Конора, но если собрать все факты воедино, несложно догадаться.

— Ты изменяла мне, Мия? — грозно рычит Рейнольд, — Скажи, кто он? Садовник? — дракон делает паузу, проверяя мою реакцию. Смотрит прямо в глаза, — Нет, не садовник! Может быть, лекарь? — снова пауза, — Неужели со мной было так плохо, что ты спуталась с прислугой? Или, это был дворецкий, м? — с нажимом спрашивает он, — Отвечай, Мия! Ведь я всё равно узнаю!

Вздрагиваю оттого, что Рейнольд бьёт по столу кулаком. Почему он решил, что я спуталась с прислугой?

Слова застревают в горле. Инстинктивно делаю шаг назад. Мне страшно, но что если это выход? Может быть, дракон оставит меня в покое, если поймёт, что ребёнок не от него.

Пауза снова затягивается. Всё оказалось куда сложнее, чем я себе представляла.

Зрачки Рейнольда становятся вертикальными, а на скулах проступает чешуя. Так бывает всякий раз, когда дракон теряет контроль.

— Не хочешь говорить? — в бешенстве рычит он, так и не дождавшись моего ответа, — Тогда я убью их всех! Одного за другим!

Да он же совсем спятил! Нужно срочно что-то сказать, иначе пострадают невиновные.