Развод. Дракон, мы (не) твои

Лекарь скоро будет здесь, — успокаивает меня служанка, плотно прикрывая дверь в ванную, — Вы пока полежите немного.

Ложусь обратно в постель. Мягкий шёлк простыней холодит кожу, поэтому сразу накрываюсь одеялом. Интересно, лекарь тоже заодно со свекровью? Поймёт ли он, что настоящую хозяйку этого тела отравили?

— Леттис, не уходи, — после того, что я узнала, мне становится не по себе одной в большой спальне, — Посиди со мной немного.

— С радостью, госпожа! — кивает она.

Хотя если свекровь настроена снова меня отравить, то служанка уже ничем не поможет. Цепляюсь за эту мысль. Леди Маргарет говорила, что приказала слугам молчать, поэтому Леттис не сказала, кто отравитель. Но что, если зайти с другой стороны?

— Ты говорила, что еда отравлена. Откуда ты об этом узнала? —

— Так сказал лекарь после осмотра, — отвечает она и, смутившись, добавляет, — А потом он сказал, что вы отдали душу богине.

Вот это поворот! Выходит, лекарь уже знает о том, что меня отравили, и даже констатировал мою смерть. После чего свекровь вызвала гробовщика.

Сколько же я пролежала в отключке? Как бы то ни было, мне обязательно нужно поговорить с лекарем, чтобы понять, на чьей он стороне."

"— Как давно это было? — снова спрашиваю служанку, стараясь сохранять спокойствие.

— Вчера, госпожа, — опечаленно отвечает она.

Вчера, значит. Это радует, ведь я отлично помню, что Рейнольд уехал на границу на несколько дней. Ничего, скоро он вернётся, и я расскажу ему о злодеяниях его матушки.

Дверь в комнату открывается. Входит светловолосый мужчина лет сорока в тёмно-коричневом сюртуке и такого же цвета брюках. В его руке потёртый кожаный чемоданчик. Вероятнее всего, в нём он носит свои лекарства.

— Здравствуйте, госпожа Вествуд. Как вы себя чувствуете? — с опаской поглядывая на меня, интересуется он.

— Отлично чувствую, — вздыхаю я, — Особенно после того, как вы решили отправить меня к гробовщику. Леттис, выйди, пожалуйста, — обращаюсь к служанке, — Нам с господином лекарем нужно поговорить наедине.

Леттис направляется к выходу, но не успевает. В комнату входит свекровь. Взгляд её сосредоточен и расчётлив. Лекарь, замечая её, подобострастно кланяется. А я жду, пока дойдёт дело до моего осмотра. Жестом показываю служанке, чтобы никуда не уходила.

— Что скажете, Фабер? — спрашивает леди Маргарет, — Я ведь уже говорила вам, что Мия немного приболела.

Она подчёркивает последнее слово ударением. Словно намекая лекарю, что нужно держать язык за зубами.

Вот же змея! В ответ на слова свекрови я недовольно морщусь. Приболела, как же!

Вижу, как она пристально и строго смотрит на лекаря и понимаю, что он боится её гнева.