Хочешь мою жизнь?

***

Передо мной в коленно-локтевой позе стоит мой гость, изображающий столик. Штаны я пока разрешила ему оставить, решила раздевать постепенно и наслаждаться смущением. На его спине стоит небольшой поднос, на нем – блюдечко с мороженым из каких-то ягод, и местный тайшу – кофе, в который я бросила шарик этого мороженого – оказалось неожиданно вкусно.

- А что вас разозлило? – неожиданно спрашивает он. Мило. Что-то есть в том, что я веду светскую беседу, как с подружкой, с мужчиной, стоящим на четвереньках у моих ног и изображающим подставку для подноса.

- На работе, - отвечаю я.

- А вы где работаете? – тут же спрашивает он. – Если, конечно, об этом можно рассказывать?

- Можно. В банке.

- Начальство? – по голосу чувствую, что улыбается. – Вы начальница, правда ведь? И кто же разозлил?

- У начальства есть свое начальство, - усмехаюсь я. – Нет, я не главная, к сожалению. А где работаешь ты?

- Тоже в офисе, - отвечает он. – Было очень ощутимо, когда я всю прошлую неделю садился, - признается он.

- Верю, - соглашаюсь я. – Вот зачем ты напомнил? – картинно сокрушаюсь.

Впрочем, и без напоминания у меня стоят на столе две толстые свечки, и около фитилей там скопилось приличное количество расплавленного воска.

- Сейчас будет больно, - предупреждаю я. – Хотя ничего страшного, выживешь.

Он ожидаемо напрягается в ожидании боли.

Я переставляю поднос поперек спины и предупреждаю:

- Не урони, не дергайся!

И медленно начинаю выливать воск в ложбинку вдоль спины. Он все равно вздрагивает, конечно, но поднос не роняет.

- Молодец! – перебираю его волосы и глажу по плечам. – Терпимо?

- Да, - справляется он с голосом.

- И это еще не все. – Лью воск из второй свечки. Потом переставляю поднос на стол и спускаю его штаны, обнажая ягодицы. Воск наливаю и туда, между ними. Он держится из последних сил, тяжело дышит и молчит. Наверное, боится, что если заговорит, то будет о чем-то просить.

- Молодец, - говорю ему. – Сильный и смелый.

Странно, что я действительно так думаю. Он держится лучше всех встреченных мною инопланетных мужчин в такой ситуации. Болевой порог не особенно высокий, но не скулит и не просит. И без колебаний согласился изображать для меня этот «столик». Ну, почти без колебаний.

Воск уже застывает, поэтому я беру деревянную лопатку из кухни и начинаю его счищать. Повезло, что мальчик не волосатый, как некоторые, иначе получил бы эпиляцию. Впрочем, он бы мне тогда не понравился.

Он даже молча пережил, когда я нарочито медленно счищала воск с его ягодиц и между них. Вот даже пороть совсем не хочу, уже завелась по-другому.

- Да что же ты делаешь такое, снова я обхожусь с тобой мягче, чем хотела! – возмущаюсь я.