Хочу тебя напрокат

Очень…

— Ты просто мне льстишь, и в рисовании не разбираешься.

Замечаю слезинки, скатившиеся из глаз Дианы, и подхватываю их пальцами.

— Ты плачешь? Я снова тебя расстроил?

— И да, и нет. Я поняла, что отказаться от тебя не смогу. Даже несмотря на чужого ребёнка. Но ты его любишь, и Тимур не виноват, что его мать — такая, да? Надеюсь, что он в Люську не пойдёт.

— Не пойдёт, будь уверена, — прижимаю крепче и целую.

— Но я готова принять Тимура только с одним условием.

Глава 28

Темирхан

— Но я готова принять Тимура только с одним условием.

— С каким же?

— Ты сделаешь мне ребёночка. Своего! Нашего…

— И не одного, — обещаю, найдя, наконец, где же расстёгиваются дурацкие и тугие кнопки на комбинезоне.

— И будешь любить ничуть не меньше… — высказывает условия между поцелуями.

— Буду-буду, ревнулька.

— Я не ревную. Я заявляю права.

— Собственница!

— Ужасная собственница…

На Ди, наконец, не остаётся ни клочка одежды, я тоже поспешно раздеваюсь и укладываюсь сверху, целуя.

Потом подхватываю ноги Ди и забрасываю на свои плечи, проникая в тугое, влажное лоно одним длинным толчком…

— Ха-а-а-ан! — стонет Ди, выгибаясь подо мной.

Аккомпанементом её сладким стонам служит скрип дивана.

— Забыла тебе сказать, этот диван ужасно скрипучий… — говорит Ди задыхающися голосом.

— Плевать! Пусть скрипит."

"Вбиваюсь в свою девочку короткими, быстрыми толчками, отчаянно желая не расставаться с ней никогда.

Ни на один день.

Ди громко стонет, диван скрипит почти так же громко.

Умудряется притянуть меня к себе и поцеловать жарко и одержимо. Так же, как я в ней — глубоко и не разделимо.

— Люблю тебя, маленькая. Так сильно люблю…

Замираю на самой глубокой точке проникновения. Очень-очень глубоко, и дело даже не в сексе, а в ней самой — моей любимой девочке.

— Я тебя тоже люблю, Хан… — отвечает Диана и крепко сжимает меня внутренними мышцами, давая сигнал, что ей хочется продолжения.

Жаркое единение быстро набирает обороты.

Нам хорошо вдвоём. Лишь бы диван от нашего секса не развалился…

К оргазму мы приходим вдвоём.

Раньше я считал это лапшой, развешанной на ушах тех, кому не терпится придать более пристойный облик сексу.

Но сейчас, когда я выстреливаю спермой, содрогаясь от удовольствия, и чувствую, как жадно и тесно Диана сжимается вокруг меня, понимаю, что этот миг не дано понять, пока не переживёшь.

Получается такой оргазм в оргазме, тебе хорошо вдвойне, собственные ощущения зеркалятся в любимой, а её эмоции бьют в тебя и получается бесконечность, в которой мы затеряны вдвоём.

Места на диване катастрофически мало, а воздуха — ещё меньше.

Я с трудом умещаюсь на нём и поднимаю Диану, заставив улечься сверху на мою грудь.

— Ты выйдешь за меня?

— Ого. Так… неожиданно! — отвечает с улыбкой.

— Да ну. Не поверю.