Холодное сердце. Закрой все чувства на замок: другая история Анны и Эльзы

И я лично всегда был в восторге от твоих вафельных трубочек.

– Моих вафельных трубочек? – Эльза не могла припомнить, чтобы хоть раз испекла что-то для отца. – Наверно, это Олина готовит что-то особенное, но я обязательно прикажу их подать.

Олина заправляла королевской кухней, и в ее подчинении находились все повара замка. Когда Эльза была маленькой, она часто убегала на кухню посидеть с Олиной. Давненько она так не делала. А чтобы сама что-то пекла – такого вообще не помнила.

Отец нахмурил лоб:

– Хм. Да, верно. Так или иначе, они восхитительны. Наверно, стоит попросить Олину сделать их.

– Что-нибудь еще, папа? – Эльза уже собиралась уходить.

– Да. – Он поднялся. – Прежде чем ты уйдешь, я хочу тебе кое-что подарить. Я попрошу тебя пройти за мной.

Эльза последовала за ним в их с мамой спальню, где отец подошел к книжному шкафу во всю стену и нажал на один из корешков. Стена сдвинулась и открыла потайную дверь. За дверью оказалась небольшая темная комнатка, в которую вошел отец. Эльзе жутко хотелось увидеть, что в ней, но туда папа ее не пригласил. В замке было полно тайных ходов и секретных каморок вроде этой. Раньше они часто играли с отцом в прятки, иногда забираясь в какую-нибудь из них. Но, став постарше, она узнала, что предназначены они для куда более мрачной цели – чтобы в случае нападения на замок королевская семья, прячась то в одной потайной комнате, то в другой и пользуясь секретными ходами, смогла выбраться в безопасное место.

Через пару мгновений отец снова показался наружу, держа в руках большую деревянную шкатулку зеленого цвета – даже целый ларец размером с поднос для завтрака. Ларец украшала яркая ручная роспись в традиционном стиле, изображавшая золотистый шафран – символ Эренделла. На верхней крышке цветок красиво изогнулся дугой.

– Я хочу передать это тебе. – Отец поставил ношу на столик перед Эльзой и провел пальцами по их фамильному гербу, выгравированному на крышке. Шкатулка один в один повторяла ту, что стояла у него на рабочем столе. Он всегда брал ее с собой на аудиенции с советниками. В ней обычно хранились важные декреты, ожидающие подписи короля, а также его личные бумаги и отдельные письма из народа, равно как и послания от правителей соседних государств. Эльзе с раннего детства внушили, что в отцовский ларец лезть не положено – ни в коем случае.

– Можно я сама? – спросила она, занеся руку над защелкой. Отец кивнул.

Шкатулка оказалась пуста. Внутри ее стенки и дно покрывал роскошный зеленый бархат.

– Эту шкатулку изготовили специально к началу твоего правления, – произнес отец, и Эльза взглянула на него с удивлением.