Хороших девочек не убивают

Некоторое время назад, провожая Пиппу на поезд до Кембриджа, Рави объяснил, что таким образом можно взять на себя половину тоски, головной боли, волнения. И тогда в освободившейся половине найдется место для чего-нибудь хорошего.

Он поцеловал ее, и она вся засияла от счастья. Словно крылья за спиной выросли.

– Срази их наповал, Пип.

– Обещаю!

– Кстати, – обернулся он уже от двери, – не говори никому, что взялась за проект, потому что я вскружил тебе голову. Придумай какую-нибудь более возвышенную причину.

– Иди отсюда!

– Не кори себя. У тебя не было выбора.

Ведь я неотразим! – засмеялся он. – Поняла? Неот-Ра-Сим, Рави Сингх!

– Пошутил и тут же объяснил? Ладно, иди уже!

Она выждала еще минуту, бормоча про себя начало речи, и вышла на сцену.

Зрители не вполне понимали, как себя вести. Половина зала вежливо зааплодировала и привлекла внимание журналистов с камерами, а вторая половина застыла в молчании – лишь головы поворачивались следом за Пиппой, как головки цветов за солнцем.

Сидевший в первом ряду отец поднялся, щелкнул пальцами и воскликнул:

– Давай, солнышко!

Мама поспешно схватила его за руку и усадила обратно, переглянувшись с Нишей Сингх.

Пиппа подошла к столу с микрофоном, встала рядом со старшим преподавателем и разложила перед собой листки с текстом выступления.

– Здравствуйте. – Микрофон заскрежетал, и зрители притихли. Защелкали камеры. – Меня зовут Пиппа, и я много знаю. Знаю самое длинное слово, которое можно напечатать, используя только один ряд английской раскладки клавиатуры. Знаю, что англо-занзибарская война была самой короткой в истории и длилась всего тридцать восемь минут. А еще я знаю, что мой проект оказался опасным для меня, моей семьи и моих друзей, и он изменил много жизней, в том числе не в лучшую сторону.

Вот только я не знаю, – она сделала паузу, – почему наш город и центральные СМИ так и не поняли, что здесь произошло. В пространных статьях меня называют «одаренной школьницей», которая выяснила правду об Энди Белл, в то время как Сэл Сингх и его брат Рави удостоены лишь упоминаний вскользь. А ведь этот проект затевался ради Сэла. Ради истины.

Пиппа в упор посмотрела на Стэнли Форбса, который сидел в третьем ряду и черкал что-то в блокноте.

Она не переставала думать о нем, о фигурантах своего списка подозреваемых и о других людях, жизни и секреты которых оказались в центре расследования. Литтл-Килтон продолжал хранить еще множество тайн и вопросов без ответа. В городе имелось достаточно темных уголков; Пиппа уяснила, что ей не по силам пролить свет во все.

Впереди Стэнли сидели ее друзья – все, кроме Кары. Подруга отважно прошла через все, однако сегодня решила, что присутствовать на мероприятии выше ее сил.