Хорошие манеры Соловья-разбойника

 – Среди сотрудников кафедры, где я работаю, никого из вами перечисленных нет. Боже! Марина жива!

Я вскочила и обняла гостью.

– Пожалуйста, не надо пока делать поспешных выводов. Просто найдена записка с упоминанием Марины Анатольевны. И только. У Марины был друг по имени Алексей?

Глаза Нестеровой потемнели.

– На что вы намекаете? Хотите сказать, что у моей дочки были сексуальные контакты?

Я изумилась, хотела ответить, но вместо меня это сделал Энтин:

– У подростков много тайн даже от любящих родителей.

Нестерова побагровела.

– Моя дочь не такая! Она чистая девочка! Не смейте пачкать доброе имя нашей семьи. С мальчиками она не встречалась, не общалась! Никаких Алексеев около этой девчонки не было. Ох!

Антонина сгорбилась.

– Простите, нервы подводят. Мариночка необщительной была. Любила гулять одна. Возьмет книгу и на целый день в лес уходит. Извините, от стресса я не владею собой. Поверьте, я не грубиянка, не хамка!

– Вы храните личные вещи девочки? – перевел разговор в другое русло Макс.

– Да! Ни одного карандаша не выбросила, ни скрепочки, – всхлипнула Нестерова. – Ее комнаты дома и на даче заперты. Там все осталось, как при жизни девочки! Ох! Что я говорю! Ведь она не умерла, не погибла! Да? Так?

– Разрешите нашему эксперту осмотреть комнаты? – попросил Вульф. – Михаил аккуратный человек, после его ухода все останется на своих местах."

"– Милиция много лет назад уже все обыскивала, – грустно сказала Нестерова, – но ничего не нашла.

– Тогда у исследователей не было аппаратуры, которая есть сейчас, – объяснила я. – Вдруг обнаружится какая-то зацепка?

Антонина Васильевна вскочила, открыла сумку, вытряхнула на стол ее содержимое. Я глянула на гору вещей. Расческа, несколько конфет, пудреница, губная помада, телефон, упаковка носовых платков, какие-то смятые бумажки. Женщина может защитить докторскую диссертацию, преподавать в вузе, но в ее ридикюле будет тот же беспорядок, что и у меня, еле-еле завершившей свое образование в консерватории.

Нестерова выхватила из груды барахла связку ключей и показала ее Максу:

– Они от дачи, но обыскивайте только ее комнату!

Глава двадцать восьмая

Не успела я проводить Макса и Энтина в офис, как ко мне кинулась Роза Леопольдовна:

– Двадцать тысяч!

– Что надо купить? – поинтересовалась я.

– Ничего, – пожала плечами няня, – пока все есть.

– Двадцать тысяч рублей кому или для чего? – попыталась я еще раз прояснить ситуацию.

– Деньги? – удивилась няня.

– Вы сказали: «Двадцать тысяч», – напомнила я.

– Это не рубли, – засмеялась Краузе, – а количество моих подписчиков. С утра на аккаунт подписались чуть больше девятисот человек. А сейчас их вон сколько, и продолжают прибывать.