Хорошие манеры Соловья-разбойника

– Мы с Евлампией готовы сопроводить вас в нужное место, – сказала Сергеева. – Сейчас кто-нибудь откроет дверь, впустит шофера, и мы двинемся в путь.

– Ох, не стоит из-за меня так беспокоиться, – пролепетала Нестерова, – право, мне неудобно.

Краузе вскочила и выбежала в прихожую. Оттуда вскоре послышался мужской голос:

– Сергеева здесь? Куда идти?

– Сюда, сюда, – зачастила Роза.

Поставьте себя на мое место и скажите, как бы вы отреагировали на происходящее? Я, слушая разговор Татьяны с Антониной, пребывала в уверенности, что Сергеева правильно оценила психическое состояние Нестеровой и пытается ее успокоить. С теми, кто неадекватен, спорить не стоит и взывать к их разуму бесполезно. Слова про то, что сейчас появится шофер, я всерьез не восприняла. И вот вам, пожалуйста, незнакомец уже идет по нашему коридору.

Антонина вскочила.

– Скорее!

В столовую вошел мужик лет тридцати, он сразу заговорил:

– Добрый день! Татьяна, машина готова.

– Да, мы все сейчас поедем, – ответила Сергеева.

Мне вдруг стало страшно. Кого Краузе пустила в дом? Кто такая Татьяна? Я поверила, что она преподаватель русского языка. Но когда в квартире опять появилась Нестерова, Сергеева повела себя не как педагог. Что происходит? Мужчина, который появился, словно черт из табакерки, он кто? Нет, Таня не учитель. Вот в том, что она хозяйка Альберта Кузьмича, сомнений нет. Кот не кинется в объятия незнакомого человека. Куда мы все сейчас поедем? Где мой телефон? Надо отправить Костину эсэмэс: «Обедать не приду». Это фраза на случай опасности, ее надо понимать так: «Я в беде».

– Мы готовы, – сказала Таня.

Я вспомнила, что мой мобильный лежит в спальне на зарядке, и твердо решила не двигаться с места. Антонину тоже увезти не дам, попрошу Татьяну покинуть нашу квартиру. Если она откажется, попытаюсь добраться до своей трубки. Или… Предложу всем чаю, выйду на кухню, возьму молотый перец и кину его в лицо Сергеевой. Баллончик! У меня же есть перцовый спрей. И наша квартира на охране. Где тревожная кнопка? В спальне на тумбочке!

Я встала.

– Схожу кое-куда перед дорогой.

– Сядьте, – велела Татьяна, – первой в машину проследует Антонина. В знак нашего уважения к ее статусу и положению.

– Справедливо, – скривилась Нестерова. – Я не чета всяким парвеню. Марка автомобиля?"

"– «Майбах», – поклонился шофер.

– Они что, тоже со мной поедут? В одном салоне? – с брезгливой ухмылкой осведомилась Нестерова, показывая на нас рукой.

– Никак нет, – возразил водитель, – остальные поедут на «Жигулях».

– Не хочу с ним ехать, – вдруг закричала Нестерова, – он плохо пахнет!

Раздался щелчок. Татьяна с удивительной проворностью вскочила и успела подхватить падающую Антонину. Краузе вжалась в стену, у меня похолодели руки.