Хозяйка дома в «Гиблых Пределах» (СИ)

Да, я слишком сильно хотела и верила, а ведь жизнь иногда совсем не такая, как мы хотим.

Как же я возненавидела лейтенанта в этот момент! Только подумала о нём плохо, а сердце кольнуло, предупреждая.

И я успокоилась. Сейчас следовало собраться и слушаться лейтенанта во всём. Вот только решиться нужно в ближайший час, ведь зелье только усиливает своё действие. И вечером, на привале, когда мы оба устанем, меня уже всё будет устраивать.

Содрогнулась от мысли, что грозился сделать со мной лейтенант. Ну уж нет. Возможно, у меня не будет другого выбора, но рабой всю жизнь я не буду.

Лейтенант велел собрать что-то из продуктов в дорогу и поторапливаться. На улице он постоял минуту, прислушиваясь и велев мне молчать. Потом достал какой-то порошок, посыпал вокруг входа и рядом с домиком.

Я внимательно смотрела, не понимая, но молчала, не желая его раздражать. Лейтенант, увидев, что я наблюдаю за ним, усмехнулся и пояснил:

— Мы ведь не хотим, милая Рада, чтобы нас нашли ищейки? А ведь они и поисковых собак могут пустить. Думаю, я не поведу тебя в город, а оставлю у родни, в соседнем городке. Тем более до него ближе. А потом уже отправлюсь в Гиблые и быстро сделаю все дела. Да, думаю, так и сделаем. Ну что, идём тогда воот в этом направлении.

И он махнул мне рукой, показывая, куда мне идти, подталкивая вперёд, а сам двинулся следом. Я оглянулась, встретив внимательный взгляд лейтенанта. Он нахмурился, показывая, чтобы не останавливалась, а шла вперёд. Я отвернулась и спокойно продолжила идти, входя в лесной массив, а сама аккуратно нащупала нож в боковом кармашке.

Мы недалеко отошли от домика, а лейтенант вдруг схватил меня сзади, закрыв рот широкой ладонью, я и пикнуть не успела.

Подняла голову, посмотрев на него, он тихо прошипел сквозь зубы:

— Тихо… Что-то здесь не так… — попыталась посмотреть по сторонам, но лейтенант встряхнул меня, зло ответив: — Я же тебе сказал, тихо. И не шевелись.

Мы стояли неподвижно, а лейтенант оглядывал окружающие деревья и кусты, медленно поворачивая голову. Я телом чувствовала, насколько он напряжён. Он оставил одну руку, прикрывающую мне рот, а сам тихо потянул из ножен короткий меч.

Я скосила глаза и смотрела, насколько тихо и осторожно он вынимал его. Только рукой. А сам замер, превратился в столб. Прислушивался к малейшему шороху. Я ничего не слышала и стояла, замерев, почти не дыша. И тут аж вздрогнула от голоса лейтенанта, полного угрозы.

— Я чую тебя. Где ты? Я же сам видел, что проткнул тебя кинжалом! Ты должен быть мёртв! Ну! Появись! Это же ты?!

И снова молчание. Лейтенант медленно водит головой, а я в ступоре стою, а надежда расцветает внутри меня. А ведь я сейчас в руках у лейтенанта.