Хозяйка гиблого перевала (СИ)

— Это вы что творите? Я вам разрешала хватать меня и волочь, куда не надо? Что за беспредел?

— Я вас домой принёс! — попытался оправдаться он."

"— А я вас просила? Что за хамские повадки! Вы человек или животное? — упрекнула я его.

— Я Горыныч! Я не животное. И не человек! — гордо задрав подбородок, заявил он, перестав хвататься за своё колено. — И этот перевал мой!

— Нет, не ваш! — тут же опровергла я его заявку. — Он мой! Достался по наследству. И хотите вы того или нет, но я разгребу тут завалы и восстановлю его! Отдайте мне перо!

— Что за глупость? Я запрещаю вам это делать! Я эти завалы весь день сооружал, чтобы никто здесь не прошёл, не проехал! — признался он, а я всплеснула руками.

— Ах, это значит вы тут беспорядок развели! А ну, быстро всё убрали! — толкнула я его в плечо, заслуживая от змея изумлённый взгляд. Вероятно, с ним никто себя так не вёл. Но это просто меня рядом не было. — Я теперь из-за вас горбатиться должна, камни эти тяжеленные таскать? Убирайте всё немедленно!

— И не подумаю! — быстро взяв себя в руки, ответил Градимир.

— Не будете? — прошипела я, сверля мужчину прищуренным взглядом недовольных глаз. Выдержал гад, но этим разозлил ещё больше. — Федя! — заорала я во всё горло. — Пусть кикимора тряпку принесёт! Вонючую и старую! — попросила я.

— Сейчас, хозяюшка! — услышала я в ответ через приоткрытое в доме окошко.

— Зачем вам вонючая старая тряпка? — явно подозревая что-то нехорошее, поинтересовался ящер.

— Хлестать вас буду ею. По морде вашей наглой, — заявила я, а Горыныч смешно округлил глаза напрягаясь. Испужался, ирод проклятый. — Последний шанс даю. Перо! Сейчас же!

— Вы ненормальная? — спросил он. Зря. Кикимора уже бежала ко мне с тряпкой, с гордостью вручая её мне.

Удобнее перехватив своё орудие, я снова посмотрела на Градимира, который всё же не выдержал и отступил. По глазам моим понял, что ему каюк.

— Перо! — процедила я.

— И не подум… — он недоговорил. Ну сам виноват. Я же предупреждала.

Тряпка в следующее же мгновение прилетела по ошалевшему лицу Горыныча. То ли с перепугу, то ли намереваясь меня напугать, Градимир тут же обратился. Но лишь дал мне полную свободу действий. Ящера я лупила особо нещадно, по его наглой шипастой морде и неровным чешуйкам. Ящер жмурился, пятился, рычал, сносил своим хвостом первые баррикады на завале, чем заставлял меня бить его усерднее. Это мы так все семь километров пройдём и расчистим весь путь, раз кто-то перо отдавать не хочет.

Но, к сожалению, замешательство и растерянность Горыныча длилась недолго. Он вспомнил, кто он есть и что против него обычная ведьма. И снова стал человеком, перехватывая мою руку и больше не позволяя бить его. И как я ни пыталась выдернуть своё запястье из железной хватки мужчины, не получалось.