Хозяйка гостиницы у моря

– Леди, я не думала, что… – начала блеять горничная очередную ложь.

– Ты уволена, – я подхватила девочку на руки. – Чтобы через двадцать минут тебя не было в доме. Расчет получишь у Грейс.

– Вы меня увольняете из-за этой убогой? – и Триша возмущенно махнула рукой на девочку.

– Нет, я тебя увольняю, потому что ты лгунья, – я поставила девочку на землю и улыбнулась ей, а сама выпрямилась и подошла к горничной, которая испуганно попятилась от меня. Размахнувшись, я с силой влепила ей пощечину. – А вот это тебе за Фанни.

Триша взвизгнула и прижала к щеке руку, страх во взгляде сменился злостью и ненавистью.

– А вы добренькая, значит? – слова девушки сочились ядом. – Вас ваша доброта и погубит, помяните мое слово."

"– Пошла вон! – я показушно дернулась в ее сторону, и Триша стремглав бросилась в сторону своей комнаты. Я проводила ее взглядом, а сама повернулась к девочке. – Она была в комнате Руди? – на что Фанни кивнула. – Она искала там что-то? – и девчушка снова кивнула. – Ну ладно. Идем в дом, – я взяла ребенка за руку и пошла с ней на кухню к Грейс, чтобы дать указание экономке о том, что Фанни надо осмотреть на предмет синяков и ссадин, которые надо обработать. А Тришу выпроводить и выдать жалование за эти несколько дней, что она успела отработать. Миссис Дуглас ничего не спросила, лишь понятливо кивнула, а я вышла с кухни, оставив на попечении доброй экономки ребенка.

Прийти в себя мне не дала леди Куинси с дочерью.

– Ну что, моя дорогая? – деятельная старушка спускалась по лестнице и, завидев меня, ускорилась, видимо, чтобы не упустить добычу в моем лице. – Я хочу посмотреть жемчужные пещеры. Ваша экономка сказала, что вы ещё отдыхаете. Ну правильно, встреча с мужем после долго расставания, я все понимаю, – и женщина сделала заговорщическое лицо, словно мы с ней по секрету обсуждаем, кто в каких панталонах ходит.

– Можно перекусить и выдвигаться, – я решила игнорировать разговор про мужа. Очевидно же, что женщина пытается выудить из меня какие-то подробности нашей с Даниэлем личной жизни. Я делать ее достоянием общественности не намерена, так что игнорировать закинутые крючки – вот единственное, что я могу себе позволить.

– Да, да, – леди Куинси кивнула. Она сразу поняла, что развивать тему моей семейной жизни я не буду, а значит, обязательно будут еще вопросы. Она убеждена, что если человек не хочет обсуждать какую-то тему, то, значит, он что-то скрывает. В принципе, теория не лишена зерна разумности.

– Матушка, может, сходить и позвать леди Амброуз и Мэри? – предложила Белла, и я с благодарностью ей улыбнулась.

– Да, милая, сходи, а мы пока пошепчемся с леди Олдрич, – старая сплетница подхватила меня под руку и повела во внутренний двор к столикам.