Хозяйка графских развалин

Чем они могли заинтересовать Гарета, ума не приложу, а он оборачивается ко мне, и выражение глаз у него непривычно беззащитное.

— Да? — что на него нашло?

— До того, как наша семья всё потеряла, пока ещё были живы родители, я мечтал, что у моей жены будет именно такая сорочка."

"Гарет не говорит ничего особенного, но я нутром чувствую, что любую мою реакцию он воспримет слишком остро, потому что поделился… сокровенным. Мне, если честно, без разницы, в какой сорочке спать, я вообще пижаму предпочитаю, но если ему будет приятно, я надену хоть белую, хоть полосатую.

Если откровенно, у меня спальные фантазии одеждой не ограничиваются.

Как-нибудь… поделюсь. Но в постели, а не на рынке!

— Тогда она мне точно нужна? — улыбаюсь я.

Почему для Гарета это звучит почти как признание в любви?

Больше не задерживаясь, теперь нагруженные ещё и пакетом с одеждой, мы выходим четырёхугольной приземистой башне, увенчанной портальной площадкой.

В Дом Оти мы возвращаемся раньше, чем планировали, зато у нас как раз есть полтора часа на визит к целительнице.

Бетти, на мой взгляд, чувствует себя прекрасно. И с фамильяров у неё полное взаимопонимание. Кото-кроль спокойно сидит у хозяйки, лишь иногда меняет правое плечо на левое, сбежать не пытается, не кусается, охотно подставляет пузико почесать, мурчит и всячески демонстрирует, что доволен новой жизнью. На настороженные взгляды демонов, чьи лица не скрыты клювоголовыми шлемами, как и хозяйка, не реагирует.

Мы проходим по каменным коридорам, минуем лабиринт из тканевых пологов, проходим ещё один коридор.

Забавно, что став новым родом, мы лишились мрачного конвоя, но, так как Бетти осталась родной по крови, но магически — последней представительницей ветви изгнанников, за ней на небольшом отдалении следует страж,

У входа в обитель целительницы охраны нет, Гарет предупреждающе ударяет костяшками пальцев в скрытый под тканью камень, и откидывает полог.

Для Амелы Кэм-Оти наше появление становится сюрпризом и, по-моему, не самым приятным, она аж пиалу с напитком опускает, так и не сделав глоток. Зато, выслушав, с чем мы к ней пожаловали, шикает на кото-кроля, вознамерившегося то ли прыгнуть в гнездо из подушек, то ли вылакать напиток из пиалы, и мигом уводит Бетти за ширму.

Нам с Гаретом остаётся только устроиться в том самом гнезде и ждать.

— Фью-фью? — подают голос хорьки с вопросительной интонацией. — Фью?

— Сидите, — почему-то мне кажется, что они спрашивают, не выпущу ли я их.

— Тью!

Один из многочисленных пологов слегка сдвигается, и в образовавшуюся щель высовывает нос здешний мальчишка. Я так и не поняла, кто он. То ли слуга, то ли ученик, то ли кандидат в ученики. Уставившись на хорьков полным умиления и восторга взглядом, он высовывает голову целиком.